– Боишься, что я все твоей жене расскажу? – Она смерила его презрительным взглядом. – Нужен ты мне очень! Я уже все забыла, так что спи спокойно.
– Во-первых, я ничего не боюсь, а во-вторых, ничего не забыл. – Мирон не сводил с Анны внимательных серых глаз. – Я всю ночь не спал и думал о том, что между нами произошло. Для меня это не просто так…
Анна заметила, что он на самом деле выглядел уставшим, словно не спал ночь. Но ей ни капли не было его жаль. В ее голове пронеслась мысль, что он так не ради нее нарядился, а ради жены, к которой наверняка собрался в роддом. И букет, наверное, для нее же купил. Анна знала, что Мирон очень эмоциональный, поэтому мог принять такое спонтанное решение прямо по пути к жене. Приоделся, побрился, купил цветы, а потом, растаяв от воспоминаний, решил заехать на работу к любовнице.
Трогательно до слез!
– Знаешь, мне совсем не интересно, что ты думаешь и как тебе спится. – Обогнув Мирона с букетом, Анна решительно направилась к двери. – А цветы лучше жене отнеси, пусть порадуется, потому что мне они не нужны.
– А ты о моей жене не переживай. – Мирон с размаху швырнул букет на дорогу. – О ней есть кому заботиться.
Пролетевшая на большой скорости машина тут же раздавила розы, превратив их в белое облако лепестков.
– Вот и прекрасно! – Анна злорадно засмеялась. – Жаль, что твоя жена не знает, как ей повезло с таким заботливым мужем!
Хлопнув дверью, она скрылась в офисе.
День был для Анны испорчен. Один неосторожный шаг поссорил ее с матерью, испортил настроение и желание работать. Анна злилась то на себя, то на Мирона, который так бесцеремонно вмешался в ее жизнь. Ее радовало только то, что она не сообщила номер своего мобильного телефона ни ему, ни Жене. По крайней мере, Мирон не мог ей ни позвонить, ни написать. И не надо!
Забыть, поскорее забыть! Что было, то прошло…
Вернувшись домой после тяжелого рабочего дня, Анна наспех поужинала и легла спать в таком же дурном настроении, в котором и начала этот день. Но утром, к своему удивлению, она проснулась бодрой и свежей. Умывшись, она даже несколько раз улыбнулась своему отражению и состроила себе глазки.
«Что ж, – думала она, с аппетитом уплетая собственноручно поджаренную яичницу с беконом. – По крайней мере, это какое-то приключение. Засиделась, как лягушка в болоте. Уже пора было вспомнить, как это – провести ночь с мужчиной, а то так и до старой девы недалеко».
Подойдя к офису, она замерла как вкопанная: у двери ее снова поджидал Мирон. Теперь он был одет в джинсы и футболку, но в руках у него был не менее шикарный, чем накануне, букет розовых роз.
– Я подумал, что тебе не нравятся белые, – сказал он весело. – Поэтому сегодня купил розовые. Так лучше?
– Дурак, – процедила Анна. – Не приходи сюда больше. Я не желаю тебя видеть.
Мирон покачал головой.
– Не могу. – Даже через линзы очков было видно, что его глаза воспалены от усталости. – Теперь не могу.
– Что ты хочешь сказать? – насторожилась Анна. – Что значит
– Ты же знаешь, что я любил тебя тогда, много лет назад?
– И что?
– Та юношеская любовь прошла, и я забыл о тебе. Хотя если бы ты попросила помочь, то я бы никогда не отказал. – Мирон был непривычно серьезен. – Но после того, что сейчас случилось между нами, я уже не смогу забыть тебя. Не смогу выкинуть из головы, как тогда. Понимаешь?
– Не понимаю. А как же твоя жена? – ехидно поинтересовалась Анна. – На ней ты, конечно, женился по принуждению и теперь мучишься?
– Нет. Я люблю свою жену, и она – мать моего ребенка. – Мирон смело смотрел Анне в глаза. – Но тебя я тоже люблю. Хотя совсем иначе.
– Это как?
– Я не смогу жить, зная, что ты принадлежишь кому-то другому. Я ревную тебя.
– Не зря у нас тогда ничего не получилось. – Анна покрутила пальцем у виска. – Ты просто псих.
В это утро Мирон снова остался стоять за дверью с букетом цветов.
На самом деле Анна уже не злилась на Мирона и не считала его психом. Ее сердце давно смягчилось по отношению к старому знакомому. Он был таким искренним и непосредственным в проявлении своих чувств, что на него, как и на ребенка, сложно было долго сердиться. Но Анне было проще изображать из себя неприступную и оскорбленную особу, чем признать, что она простила Мирона.
Усевшись за рабочий стол, она просматривала почту, но думала совсем о другом. То, что сказал ей Мирон, было правдой: она всегда знала, что может попросить его о помощи. Много лет назад, когда их студенческий роман не сложился, он действительно неоднократно приходил ей на выручку.
Например, однажды был такой случай. Родители купили Анне дорогую шубу, которую она боялась сдавать в институтскую раздевалку, поэтому носила в пакете на лекции. Это никому не мешало, а она была уверена в том, что не придется ехать домой раздетой. Случаи пропажи из гардероба происходили раз в десять лет, однако ей не хотелось оказаться в такой неприятной ситуации.
