Мой средний (и любимый) палец вывихнут после стычки с Райаном, теперь уже бывшим сводным братом Эйдена, а нос распух и кровоточит после столкновения с локтем Мэйсона. Кроме того, мое тело покрыто синяками и порезами после попытки отца Эйдена меня убить.
И что еще хуже, меня перевезут в другое место, как только агенты, которым поручено мое дело, окончательно определят наше новое место и личности. Кинг-Сити – единственное место, где я чувствую себя как дома, где у меня есть друзья, которых я обожаю, и любимый парень.
Эйден знает обо мне все, и я решила нарушить несколько небольших правил, чтобы не пришлось отказываться от наших отношений. Одно из них – не связываться ни с кем из прежней жизни. Тем не менее я решила не рассказывать об этом ни маме, ни агентам. Зато, когда настанет время уезжать, у меня не будет ощущения, что мое сердце вырвали, потому что у меня все еще будет Эйден.
Но пока я все еще здесь, в Кинг-Сити. И мою жизнь теперь омрачают не только Кейтлин и Райан, но и лучшие друзья, находящиеся в центре собственной драмы. Я уже молчу о двух психопатах, жаждущих моей смерти.
Как мило.
Честно говоря, Джулиан – единственный, кто держит себя в руках и живет относительно нормальной жизнью, за исключением того, что он тусуется со всеми нами.
После аварии Эйден и Мэйсон рассказали копам довольно убедительную историю, придерживаясь правды, но опуская любое упоминание обо мне или Джулиане. Насколько я знаю, детективы не видят никаких расхождений в их рассказе.
Харви, человека, который сбил нас и пытался застрелить, так и не нашли. Однако
Эйден все-таки поговорил с Вивьен Хенфри, репортером, которая ясно дала понять, что не является поклонницей Кесслера, и практически умоляла Эйдена выйти в эфир. Они с Мэйсоном остались в пляжном домике на несколько дней, а остальные вернулись домой. Джейсон и Джексон остановились в доме Мэйсона.
Я смотрела новости об Эйдене из дома, и мое сердце разрывалось от гордости, когда я видела его красивое и решительное лицо. Он делился историей своей жизни, которую на самом деле предпочел бы похоронить глубоко внутри. Я знаю, как трудно ему было поделиться прошлым. Однако Эйден был уверен в себе, рассказывая миру о том, что он – сын Эндрю Кесслера (хотя Эндрю изначально утверждал, что у него нет детей). Эйден рассказал, что Эндрю бросил его больную и беременную мать и даже не пытался связаться с семьей после смерти жены. Эйден выглядел смелым, храбрым, уверенным в себе. Его слова были убедительными, захватывающими. Я уверена, что зрители затаили дыхание, чтобы не пропустить ни одного слова из его рассказа.
Это был тот же Эйден, что и обычно, – холодный, решительный, красивый. Он выглядит еще более устрашающе с разбитой челюстью и десятью швами на лбу. Как не влюбиться в такого красавчика?
В этом и есть вся суть Эйдена. Он обладает настолько явным обаянием – даже на камеру, – что люди невольно к нему тянутся, любят, проявляют симпатию. И это происходит даже в те моменты, когда все в нем кричит: «Не связывайся со мной!»
Вивьен выслушала историю Эйдена, взяла старые семейные фотографии и разрушила кампанию Кесслера. Она доказала, что Кесслер – самый большой лицемер на планете, который на самом деле не заботится о тех проблемах, за которые ратует. Разумеется, Кесслер все отрицал. Его команда быстро и эффективно работает над восстановлением его имиджа, и, насколько я знаю, он не планирует выбывать из губернаторской гонки.
Мы были все вместе, когда услышали слова Кесслера о том, что он все равно будет участвовать в выборах.
– Он ведь не победит? – спрашивает Шарлотта. – Люди думают, что он ужасный человек, обманщик и лицемер, и не станут его избирать. Что думаете?
Аннализа фыркает.
– Кто его знает. Худшие люди делали худшие вещи в этой стране, но их все равно избирали, так что…
Мы все немного расслабились, зная, что он находится под пристальным вниманием общественности и в ближайшее время не предпримет попыток лишить жизни меня или Эйдена.
Надеюсь.
Сейчас утро понедельника, и нам приходится возвращаться в школу и сталкиваться со сплетниками, которым больше нечего делать, кроме как таращиться на нас и обсуждать. Не помогает и то, что еще до того, как мы отправились в школу, вокруг нас уже ходили всевозможные слухи.
