Чёрт возьми, как же он меня раздражает. Меня потрясывает внутри от этих прикосновений. Хочется помыться. Стереть со своего тела его горячие пальцы и мятное дыхание. Он мне настолько надоел, что готова без объяснений указать ему на выход, если бы не его успехи, которыми меня заваливают. И даже не волнует его познание о том, что мой организм не всегда мне подчиняется. Он должен был забыть, как нормальный человек. Но нет. Что с ним не так? Да и я тоже хороша. Нужно было его, действительно, послать, натравить на него кого-нибудь, а не самой разбираться. Не люблю, когда «мотыльки» слишком близко подлетают ко мне. А тем более водят мою машину, оставляя в ней приторный аромат своего парфюма, от которого тошнит. И не выветрился до сих пор. Поэтому открываю окна, выруливая с парковки ресторана.
Меня он не волнует. Ни капли. У меня полно других занятий. Начиная с отчётов, заканчивая отказами присоединиться к отдыху с Роксборро. В данной ситуации не могу выпустить из рук поводья. Потому что я его заместитель, его помощница. Человек, которому он доверил всё, и себя тоже. Развлекаться нет времени. У меня много работы.
У Элеонор выходной, как обычно, бывает по воскресеньям. Поэтому моя квартира приятно встречает меня тишиной и спокойствием. Удаётся принять душ и постоять под ним слишком долго, но до сих пор кожа полыхает. Ненавижу, когда ко мне прикасаются. Пачкают.
Рейден Броуд самый навязчивый и приторный «мотылёк», которого я встречала. Ему не откажешь в настойчивости, как и в глупости. Располагаясь в гостиной на мягком диване, включаю торшер и кладу на колени бумаги. Взгляд задерживается на указательном пальце, который попал ему в рот. Зло обхватываю его другой рукой и пытаюсь стереть это прикосновение. Отвратительно. И он имеет наглость ещё мне угрожать, требовать что-то и пылать от ярости. Да кто он такой? Никто. Моя карма и неверный поступок, за который расплачиваюсь.
Замираю, слыша, как в двери поворачивается ключ. Оборачиваясь, ожидаю, когда посетитель войдёт.
– Не спишь? – Тина проходит ко мне и опускается в кресло справа от дивана.
– Работаю. А тебе следовало бы отдыхать в твоём положении, – откладываю бумаги.
– Не могу. Тошнит, уже выпила лимонный напиток и съела крекер, как посоветовала Элеонор. Не помогает. Расскажи мне, как всё прошло? – Она забирается с ногами в кресло, в халате и пижаме.
– Ничего нового. Ты не пропустила ни одной важной новости, – усмехаюсь, и палец снова горит, отчего я продолжаю его тереть.
– Ты чего? – Удивляется она.
– Да один «мотылёк» слишком много себе позволяет. Он облизал мой палец, – кривлюсь и пытаюсь успокоиться.
– Облизал? Как так? Прямо облизал? – смеётся Тина.
– Ничего весёлого не вижу. Мало того, он высказал мне своё недовольство потому, что я пришла на вечер, организованный мной. Далее, утащил меня за пыльную портьеру, пока прятался от своей подружки. Облизал палец, да ещё и прижимался. Отвратительный! – Подскакиваю с места и расхаживаю перед подругой.
– Он считает, раз вчера мне было плохо в его присутствии. Господи, до сих пор корю себя за это. Он думает, что ему всё позволено. Наглый. Недоразвитый. Да ещё и сказал, что у меня задница красивая. Задница, Тина. Он назвал мои ягодицы задницей, – глубоко вздыхаю и останавливаюсь.
– Шай, – она хрюкает, а затем громко хохочет.
– Прекрати, – предостерегаю её.
– Прости, но это так смешно. Он явно очень упрямый и мне даже нравится. Ещё не видела, чтобы кто-то так выводил тебя из себя. У него есть подружка? – Продолжая посмеиваться, спрашивает меня.
– Да. Вроде наших «мотыльков» второго уровня. Альфонс, которому её отец помогает во всём. И он же помог вытащить Миранду.
– Оу, это Рейден Броуд. С первого взгляда поняла, что он так просто не сдаётся. Неплохой малый, как оказалось.
– Ты назвала его козлом, которого хочешь за яйца подвесить, – напоминаю ей.
– Да, верно, но моё мнение изменилось, после твоего рассказа. И он дотрагивался до тебя, да?
– Да. И это самое отвратительное. До сих пор противно. Ещё поглаживал меня вот здесь, как будто право имеет, – указываю на спину, отчего Тина жмурится и пытается не рассмеяться.
– Прекрати, серьёзно. Он создаст мне ещё больше проблем. Почему не бросил меня в этом гадком заведении, как нормальный человек. Нет же, пошёл за мной, решил, что я беременна, а потом ещё и на руках нёс. Я уже практически его ненавижу, – сажусь на диван и складываю руки на груди.
– Может быть, потому, что, действительно, волновался за тебя. И не каждый человек поможет, когда другого тошнит. А я помню твой приступ. Он ужасен, до сих пор бросает в холодный пот. Как ты это терпишь? Ты у врача была? – Подругу передёргивает.
– Да, всё как обычно. Ничего. Последствия, о которых предпочитаю не вспоминать. А он копается во мне, понимаешь? Пытается вернуть то, что забыла. Скай выбрала не того человека, которому можно довериться. Но ей позволительно, она ещё юная. Он воспользовался этим. Трогал меня. Даже приказал закрыть рот. Всё, не буду вспоминать. Хватит, у меня достаточно работы, – мотая головой, вновь кладу бумаги на колени.
