Втягиваю в себя воздух, борясь с разочарованием, и в этот момент её корпус опускается назад. Словно в замедленной съёмке смотрю на это, и улыбка появляется на губах. Подхватываю её, не давая пораниться или же испытать боль. Нет, этого никогда не допущу.
– Держу, – шёпотом произношу, и она распахивает глаза.
Она обескуражена, в тёмных омутах смесь удивления и радости. Поднимаю её и ставлю на ноги.
– Ты это сделала, – удерживаю её за талию.
– Да. Не понимаю зачем, – тихо произносит Шай.
– Доверие. Сложно доверять людям, в этом я с тобой согласен. А особенно тем, кто знает о тебе больше, даже чем ты сам. Но именно это чувство самое сладкое во всём мире. Уверен, ты не ешь шоколад, отказываешь себе во всём. Только есть ли смысл? Нет. В жизни, вообще, мало смысла, Шай, наверное, поэтому она так и манит, – улыбаюсь ей, понимая, что мне мало. Мало одного доверия. Я хочу утонуть в темноте, замёрзнуть и мне будет хорошо.
Это страшно, когда ты осознаёшь, что меняешься. Всё внутри переворачивается и дарит тебе другого человека. Возможно, ты перерождаешься. А, возможно, что-то умирает внутри и этого никогда не вернуть. Губительно. Но её свет создан для «мотылька», в которого она превратила меня. И я лечу, наслаждаясь каждой отведённой секундой рядом с ней. Чувствую её так сильно, что схожу с ума. Гибну. И мне прекрасно.
Шайди
– Ну так мы идём? – Весело спрашивая, подхватывает два шлема и ожидающе поворачивается ко мне.
– Да, – отвожу взгляд от лица Рейдена и направляюсь к квартире.
Его не должно быть здесь. А он рядом, и зачем-то заставляет меня делать глупые вещи, которые отзываются внутри огненными вспышками. Привыкать нельзя, это лишь временно. Но я всё планирую. До секунды. Сейчас же поддаюсь кому-то иному существу внутри меня, с наслаждением наблюдающего, как переступаю легко через правила. И даже не упрекает меня, не возвращает во мрак, ничего не происходит. Лишь потеря времени, которое я забыла просчитать.
– Шайди… – Элеонор открывает дверь и замолкает.
Удивлена? Я тоже.
Нет причин, ни одной, чтобы этот мужчина зашёл в мою обитель. Смешал запахи и запутал их собой ещё больше.
– Мистер Броуд. Шлемы… занимательно, – домработница отходит в сторону, пропуская нас.
– Ты свободна. Забери у него защиту и отдай в чистку, затем пусть отнесут Тине, – отдавая распоряжения, кручу шеей и поворачиваюсь к нежеланному гостю и Элеонор.
– Хорошо.
– Я приму душ и спущусь. Ничего не трогать, – предупреждаю Рейдена, осматривающего пространство.
– А ещё не дышать, – усмехается он.
– Я разрешаю тебе потреблять кислород. Мне проблем с законом не нужно, да ты и так воняешь, не доставляй мне забот. Точнее, Элеонор, – отвечая, направляюсь к лестнице.
– Ты сама гостеприимность, бабочка, – слышится в спину.
Оставляю замечание без комментариев. Бегу. Да, именно так сбегаю в спальню, чтобы понять, кто толкнул в спину и позволил притащить наглого «мотылька» к себе.
Захожу в спальню и прислоняюсь к двери.
Сама. Я изучаю его, как насекомое в банке. Хочу разобраться, что он умеет, и как это позволит мне использовать в будущем. Только работа. Всегда работа. Признаю, что он удовлетворяет запросам нашей корпорации, но не моим. У меня их нет, поэтому не отношусь к этому всему серьёзно. Хотя забирается, допускаю. Пытается пробраться глубже в мою душу, которую потеряла когда-то.
Зла должна быть на Тину, что не предупредила о его присутствии, как и Даррена. Последний становится невыносимым, и жаль будет прощаться с ним. Нет, увольнение не состоится, а вот мой список лиц, с которыми можно иногда пообщаться, убавится.
И эти прикосновения. Слишком часто Рейден позволяет себе их. Словно не слышит меня или же настолько глуп. Зачем? Этого не понимаю. Ни о какой дружбе даже мыслить невозможно, потому что мы разные, стоим на совершенно противоположных концах пищевой цепочки. Таких я поедаю. Без сожаления. Но всё же, он здесь. Падение. Никакого доверия. Лишь знания.
Расстёгиваю комбинезон и, бросая его в корзину, направляюсь в душ. Чтобы позволить ему присутствовать здесь, мне требуется лёд. Именно он поможет не дать ему большего. Не поделиться. Не поверить. Невозможно ломать что-то в себе, воспоминания всегда будут перекрывать путь, оставляя темноту. И она привычна. Она моя. Я и есть мрак, несущий с собой боль и смерть.
Обматываю вокруг тела полотенце и выхожу в спальню, включая на ходу свет. Слабый. Не напрягающий. Только для меня. На постели подготовленная для завтрашнего дня форма, на которую смотрю и не двигаюсь.
Не знаю, что делать с Рейденом. Он не понимает, насколько ему противопоказано быть рядом со мной. А всё летит. Ненормальный. И даже гонка не останавливает, чтобы добиться чего-то. Чего? Места. Но он должен понять – я босс, у которого нет личной привязанности, даже к Аарону.
Вхожу в гардеробную, где автоматически включается свет. Всё развешено по местам, по цветам и здесь идеальный порядок, только здесь он и есть. Сбрасывая полотенце, надеваю бельё и поворачиваюсь к отсеку с домашней одеждой.
