— Я говорила, что всё отдам, — подала ключи, глядя в глаза бывшему мужу. — Больше нас ничего не связывает.— Есть кое-что, – прищурился Руслан. – Незаконченное дело. Вспомнила, Ева?Знал – вспомнила.Не забывала.— Я больше ничего тебе не должна, — выговорила сипло.Взгляд его проник в душу, как и бархатный, вкрадчивый голос:— Нет, Ева. Ты можешь думать, что угодно, говорить, что угодно. Но решать всё равно буду я.__Когда-то он выкупил меня, чтобы сделать своей игрушкой. Но теперь я не безродная девчонка, по глупости считавшая его спасителем.Я изменилась. Он остался прежним.И всё так же считает, что я принадлежу ему.ПРЕДЫСТОРИЯПРОДОЛЖЕНИЕ «Ты предназначена мне»
Ева
— Ева! – прикрикнула Стэлла, едва я, собираясь свернуть, вывернула руль.
Как оказалось, слишком резко, вот только поняла я это поздно.
— Мать твою, — наградила меня сестра мрачным взглядом.
Сидя за рулём, я смотрела прямо в нарисовавшиеся перед нами кусты шиповника, где утопал нос огромного внедорожника, и благоразумно молчала, раздумывая над тем, выйдет ли из меня вообще что-то дельное или мне всё-таки придётся сдаться и ездить с личным водителем, как на том настаивал муж Стэллы.
— Ладно, — сестра как будто пришла к какому-то решению. Я думала, она скажет, чтобы я пустила её за руль, но она скомандовала: — Сдавай назад. – И тут же добавила: — Только осторожно!
На сей раз обошлось без эксцессов. Внедорожник, урча мотором, попятился, открыв нашим взглядом образовавшуюся в шиповнике прореху.
Медленно я вывернула на дорогу и тут же, посмотрев в зеркало заднего вида, заметила приближающуюся к нам машину. Ничего подобного я раньше не видела: огромная, белая, она напомнила мне лайнер, на котором мы провели пару недель в конце прошлого года. Только выглядела куда более грозно.
— Алекс не говорил, что к нему кто-то должен приехать, — Стэлла тоже обратила внимание на машину.
Я хотела нажать на газ, но она коснулась моей руки, останавливая, и опять посмотрела в зеркало. Белый «лайнер» приближался. Теперь я видела решётку на бампере, и круглые, выключенные сейчас лампочки на крыше. Апрель в этом году был тёплый, солнечный, но грязь до конца высохнуть ещё не успела.
— Это Хаммер? – спросила я.
В чём-чём, а в машинах сестра разбиралась отлично. Маленькая, хрупкая, она могла справиться практически со всем, у чего имелся мотор и колёса.
Ещё полгода назад мне казалось это странным, неправильным, сейчас же… Сейчас я не могла представить её другой.
Полгода… В нашу первую встречу я даже подумать не могла, что всё сложится так. Что я, никогда не знавшая родителей, обрету семью и свой собственный дом, где мне не нужно будет жить по установленным кем-то правилам, подчиняться и терпеть унижения.
— Да, — ответила Стэлла.
В момент, когда Хаммер поравнялся с нами, я увидела всполох огня. Не настоящий – красочную аэрографию, украшающую бок автомобиля.
Неожиданно водитель втопил педаль, вылетевшие из-под колёс комья грязи упали прямо перед нами. Я даже опешила.
— Кто это?
— Понятия не имею, — отозвалась Стэлла, глядя вслед машине. – Но он, похоже, решил нарваться.
Промолчав, я всё-таки завела двигатель и осторожно тронула наш внедорожник с места. Кусты шиповника медленно поплыли мимо. Белый Хаммер ещё немного помаячил впереди удаляющейся точкой и пропал из вида.
— Стэлла, — позвала я сестру, внимательно следя за тем, чтобы в очередной раз не напортачить.
Всего две недели назад я разбила фару новенькой Ауди, подаренной мне её мужем в начале марта в честь Международного женского дня, ещё раньше – не вписавшись в ворота поцарапала крыло другого внедорожника. Но отступать я не собиралась. Если сестра в лёгкую справляется с подобной грудой металла, чем я хуже?!
Стэлла посмотрела на меня, ожидая продолжения.
— Права я получу в любом случае, так?
— Получить права не проблема, — заметила она. – А вот научиться водить…
Поигрывая застёжкой на кофте, откинулась на спинку обитого кожей цвета топлёного молока сиденья и добавила:
— Никаких прав, Ева, пока я не буду уверена, что ты справишься.
Слова её меня немного разозлили. Старше меня на пять лет, она порой довольно откровенно показывала мне, кто старший. Вот как сейчас. Может быть, это было и справедливо, однако раздражало от этого не меньше.
— То есть решать, справлюсь я или нет, будешь ты, — слегка язвительно отозвалась я.
Вдали уже виднелась окружавшая дом изгородь. Солнце сегодня светило особенно ярко. Заливающее уходящую вперёд дорогу, оно освещало только-только одевшиеся в листву деревья, жерди ограды, играло в окнах стоящего в глубине территории дома.
Посмотрев на особняк, я мельком повернулась к сестре. Учитель из неё, надо сказать, был отменный. За эти месяцы я, никогда не сидевшая за рулём, уже могла справиться и с маленькой двухместной крошкой, и со «зверем», подобным тому, что недавно едва не окатил нас грязью. Другое дело, что осечки у меня тоже случались и случались достаточно часто.
— Да, — сказала Стэлла совершенно спокойно, ничего не собираясь объяснять.
Мне оставалось только смириться. Поджать губы и, подъехав к воротам, дать сигнал, чтобы охрана впустила нас.
— Ты такая смешная, когда злишься, — неожиданно Стэлла мягко улыбнулась. Стоило посмотреть на неё, она подалась ко мне и, приобняв, тихо сказала: — Я очень боюсь снова тебя потерять, Ева. Очень. Пойми это.
— Я понимаю, — раздражения моего как не бывало.
Выдохнув, я обняла Стэллу в ответ. Отпустила и тоже улыбнулась ей, а после, не удержавшись, добавила:
— Я, может быть, и смешная, когда злюсь, только ты не лучше.
