— Мне не больно, — совсем другим тоном заверил Ар. — И, пока ты здесь, больше не поднимай эту тему: я вовсе не так благороден, как тебе хочется думать.
Она сбежала в купальню, с чувством постучалась головой об дверь. Пожалеть хотела! Зачем, спрашивается!
Утром он выполнял свои упражнения и танцы с клинками так долго, что Элге и проснуться успела, и завтрак приготовить, а маг всё не шёл и не шёл с улицы. Наконец появился и что-то пробурчал в ответ на приветствие, сразу же скрывшись в купальне, так что лицо ей не удалось рассмотреть. Девушка, не дождавшись, поела в одиночестве, налила себе чая, когда Ар наконец вышел. Волосы влажные, лицо непроницаемое. Все изъяны и неровности повреждённой кожи остались прежними; Элге поглядывала украдкой, то и дело порывалась задать вопрос, но отступала.
— Изменения есть, — объявил Ар, не глядя на неё.
Она нетерпеливо вскочила, и он, хмыкнув, потянул вверх рубаху, обнажая левый бок.
На месте выпуклых шрамов остались тоненькие, едва заметные следы. Не удержавшись, Элге тронула кончиками пальцев, пустила по ним золотистый искрящийся дымок. Кожу окутало теплом; Ар подавил желание прижать её ладонь к себе, втянул носом гиацинтовый аромат и впервые задумался об отдельной комнате для девчонки. Ну и что, что лишь на время. Может, такие изменения в домике окажутся настолько удобными, что потом и убирать не потребуется… Элге отступила назад, задумчиво потеребила кончик искусно заплетённой косы.
— Определённо эффект есть, — признала она, но гордости в её голосе не было.
— Да, выглядит гораздо лучше, — согласился Ар. — Надо будет проверить…при случае.
Он чуть сморщился, вспоминая последний откат. Если старые шрамы удастся исцелить так, что они перестанут открываться — он будет благодарен маленькой целительнице до конца дней. Жаль, с лицом ничего не вышло.
Элге, избегая смотреть ему в глаза, ретировалась мыть посуду, и вообще как-то особенно долго возилась на кухне, маялась и переживала. Насупившись, просматривала свои записи, придирчиво вчитываясь в старые строчки, разворачивала мешочки с травяными сборами. Ар не мешал. Её результат оказался самым действенным из всего испробованного ранее, но она всё равно огорчилась. Ждала, что уродство пройдёт, стоит разочек помазать?
Девушка выбралась из-за своей ширмы, нерешительно подошла к нему.
— У меня остались все составные части этой мази… — объявила она тихим голосом.
— Отлично, — кивнул Ар. — Ещё одного похода в лес за корой твоего эльмиса я не переживу.
— И я ещё позанимаюсь со своим даром… У меня очень мало практики в целительстве, но принцип работы с этой магией я поняла… Я очень хочу помочь, я буду тренироваться каждый день, и…
— Нет.
— Ар!..
— Дело не в твоей магии, не в составе снадобья. У тебя всё прекрасно получилось, — мрачно заверил он.
— Но при удачном исходе ты мог бы…
Её голос упал до шёпота. Маг поднял на неё глаза, ожидая ответа.
— Прости, пожалуйста, что я вообще завела эту тему. Я… чувствую, что тебе неприятны упоминания об этом. Просто…я подумала, что, если у нас всё получится — ты смог бы вернуться к своей жизни.
Ар неторопливо поднялся, подошёл к окну.
— К какой жизни? — уточнил он, не оборачиваясь.
Элге потрогала свою шею: говорить становилось всё труднее, пожалела, что заикнулась, и в то же время видела ведь, начала видеть что-то такое… Боль, которую этот человек заталкивает поглубже. Нежелание общения с людьми, эти прятки в лесу…
— Ты ведь где-то жил до того, как ушёл в лес… Твой дом…
Ар всё-таки повернулся, медленно, зацепил большие пальцы за пояс штанов.
— Тут вполне неплохо, — он повёл рукой вокруг себя.
— Но было ведь другое! А сейчас ты прячешься и не хочешь лишний раз показываться людям, выйти из леса…
— Прячусь..?
Элге сглотнула, чувствуя себя крайне неуютно под его странным взглядом, тёмным, неприветливым.
— А разве нет? Я… не знаю, что с тобой произошло, как ты получил свои шрамы, и с лицом… Но знаю, насколько злыми и жестокими могут быть люди.
Он нехорошо ухмыльнулся, и от этой ухмылки кольнуло под рёбрами. А ведь начал, начал смотреть по-другому, пробовал улыбаться…
— Ты считаешь, что люди способны задеть меня настолько, чтобы я спрятался от косых взглядов только потому, что лицо безобразное?
Девушка зажмурилась, сжала и разжала ладони.
— Н-не сердись на меня, я вовсе не хочу тебя оскорбить, или напомнить лишний раз об этом… Я пытаюсь не лезть не в своё дело, но не выходит. Я смотрю на тебя каждый день, и всё больше убеждаюсь, что тебе не нравится находиться в Шелтаре. Но почему-то ведь ты остаёшься здесь, и даже на время не хочешь…
— Не хочу?!
От его голоса по коже поползли ледяные мурашки. Маг резко отошёл от окна, прищуренные глаза начали светлеть. Элге выставила перед собой ладони в защитном жесте.
— Прости, я…Мне не следовало… Но ты всё время избегаешь говорить о себе, а я…
— Не хочу!.. — с такой интонацией повторил Ар, что она отшатнулась.