Сердито смахнула набежавшие слезы, распахнула края куртки на его груди и положила ладонь на область солнечного сплетения, настраиваясь, как учили. Вдох, выдох, глаза закрыть, почувствовать тепло, и… Поверх её ладони легла мужская, прохладная и шершавая.
— Не нужно, — прохрипел Ар.
Убрал её руку и, морщась от усилия, сел в снегу.
— Я не не хочу. Я — не могу, — сказал, как выплюнул, и задрал голову к хмурому мартовскому небу.
Тёмные глаза были полны тоски. Суровое, беспросветно серое небо всей тяжестью обрушилось на Элге; она встала, позабыв отряхнуть накидку, и неуверенно направилась к тем же самым дубам. Протянула руку к просвету — ничего не произошло. Сделала несколько мелких шажочков, прислушиваясь к своим ощущениям, и вышла за край, оказавшись по другую сторону Шелтара. Оглянулась растерянно: Ар сидел в снегу и смотрел на неё с тоскливой завистью. За её спиной манили своей близостью и недоступностью воздух, простор и свобода. Элге вошла в лес сквозь соседние деревья, медленно приблизилась к Ару. Волк стоял над ним и лобастой призрачной башкой бодал в макушку, выглядело это странно: человек при этом не шевелился, а часть морды волка проходила сквозь него.
— Как же так..? Как так вышло, Ар?..
Голос дрогнул; она опустилась рядом, не чувствуя холода. Ар-волк посмотрел на неё с человеческой печалью, и, не решившись коснуться хозяина, она протянула руку к мерцающему серебром призрачному боку. Показалось, что под пальцами настоящий мех, густой, прохладный, чуточку влажный. Ар-зверь не противился. Ар-человек неуклюже, ломаными движениями поднялся на ноги, небрежно стряхнул снег, приблизился к краю леса. Элге, испугавшись повторения, кинулась следом — удержать, не позволить, но он и не думал воспроизводить трюк. Просто стоял на границе своей личной клетки и смотрел сквозь символические прутья.
— Прогулку можно считать оконченной, идём домой.
— Прости меня, — прошептала Элге, дотрагиваясь до его безвольно повисшей руки, до прохладных пальцев.
Маг не ответил, не глядя, щелчком подозвал своего зверя. Волк встал под его ладонь, притихший, чутко отражая настроение хозяина.
— Так по всему Шелтару, да? — безнадёжно спросила девушка.
— По всему. У меня было время проверить каждый участок. Много, много времени. Короткий путь, Ар. Пожалуйста.
Ну вот, теперь она смотрит совсем иначе, по-новому, так, как он не хотел. Так смотрел Бастиан четыре с лишним десятка лет тому, и так же скорбно сжимал тонкие губы Вестеро. Ар, не глядя, ухватил девушку за ладонь и повёл обратно. Лишь бы не сорвалась и не начала реветь, а то не выдержит, сорвётся он.
До самого дома отшельник…или как правильнее — пленник леса? — так и не заговорил, Элге старалась приноровиться к широким шагам и тонула в сострадании и чужой боли.
— Ты здесь ни при чём, — отрывисто бросил на крыльце маг, первым входя в домик.
В единственной комнате трудно спрятаться от ошеломлённых открытием глаз, но Ару удавалось. Рыжая девушка маячила тенью на краю зрения и, к счастью, пока молчала, но надолго ли её хватит, с её жалостью и бескрайним желанием помочь? Что ж, от этого «недуга» у неё нет лекарства. Маг вышел в центр комнаты, шевельнул пальцами: очертания помещения незримо поплыли, изменяясь.
— Если испытываешь потребность в общении — можешь вызвать сестру, «зеркало» там. — Ар коротким кивком головы указал на свою постель.
Девушка не успела ответить — за его спиной хлопнула дверь.
Она испытывала потребность! Огромную, поглотившую всё. Потребность узнать, что случилось и как это исправить. Элге подбежала к окну, успела увидеть удалявшуюся в сторону озера фигуру мага. Он немного сутулился при ходьбе, и та дверь, которую он неохотно, недоверчиво начал приоткрывать, показывая себя-настоящего, опять закрылась.