Пока Скотт снимал седло с лошади, я смотрела на него. Отметила, как жесткая ткань его джинсов обтягивает выпуклости твердых мышц. Как футболка с длинными рукавами подчеркивает рельефность бицепсов и плечи. Не первый раз я ловила себя на том, что эстетически наслаждаюсь, как выглядит его тело, наблюдая издалека. Этот мужчина излучал неприличное количество сексуальной энергии. Стоило ли удивляться, что я испытывала к нему вожделение? В конце концов, я обычная женщина.
Прошлая ночь запомнилась особенно неприятным инцидентом. Мое лицо вспыхнуло при одной мысли об этом. Я допоздна работала над пересмотром контракта и, чтобы не заснуть, решила около полуночи принять холодный душ. Не то чтобы у меня имелся какой-то выбор: водонагреватель все еще был неисправен.
Я открыла дверь ванной и обнаружила Скотта – который, похоже, недавно вернулся с ночной вылазки – в коридоре голым, если не считать нижнего белья. Какое-то время мы оба стояли как вкопанные, не зная что делать. Затем его взгляд медленно опустился и исследовал каждый квадратный дюйм обнаженного тела, которое не скрывало мое полотенце, как будто у него было на это право… Как будто он хотел прикоснуться ко мне. У меня дела обстояли не лучше. Пока он был занят, я чуть не потянула глазную мышцу, пытаясь удержать взгляд выше его талии.
Это нежелательное сексуальное напряжение явно доставляло дискомфорт нам обоим, поэтому я была уверена, что скоро оно пропадет.
– Кроме того… – Я наблюдала, как напрягаются мышцы его спины. – Я нравлюсь ему так же сильно, как и…
Голос затих, когда Скотт повернулся и заметил нас, прислонившихся к припаркованному пикапу, – и он совсем не выглядел довольным.
Его суровый взгляд медленно и переместился с моего лица на красные спортивные легинсы, которые я надела. Без сомнения, им он пытался меня запугать. В этом отношении он провалился (правда ведь?), но, к сожалению, это привело к непреднамеренным последствиям – меня охватило
– Привет, папочка, – пробормотал себе под нос Миллер.
Я услышала его слова, несмотря на прокатившуюся по телу дрожь и шум крови в ушах. Скотт даже не был в моем вкусе, ради всего святого! Я всегда держала таких мужчин, как он – тех, кем движут эмоции и инстинкты, – на безопасном расстоянии. Они, как правило, были непостоянными и непредсказуемыми, в моей жизни не было места для подобного. Все мое детство состояло из череды непредсказуемых моментов. Вот почему меня всегда привлекали спокойные парни, те, которыми правят разум и интеллект. Те, с кем можно поговорить. Парни вроде Джоша, милые, добрые и скромные. Ни одно из этих качеств не был присуще мужчине, который в данный момент сердито смотрел на меня.
Скотт сказал что-то своим работникам, я не смогла ничего разобрать. Все они внезапно нашли на что еще поглазеть, поэтому о смысле его слов было не слишком сложно догадаться. Затем он направился через парковку прямо к нам. Его размашистая походка демонстрировала уверенность, будто он владел всем, что лежало у него под ногами. В случае Скотта это почти всегда (и везде) оказывалось правдой и делало его достойным восхищения.
– Разве мы не обсуждали твою одежду?
Он уставился на мои легинсы так, как будто я надела их, чтобы нанести ему личное оскорбление. Я собиралась сделать что-то подобное на днях: повесить на него кражу, может быть, даже убийство. Почему каждый обмен репликами между нами ощущался как вызов на дуэль?
– Если бы ты передохнул от роли королевской занозы в заднице[8] на целых две минуты, – я махнула рукой, – то заметил бы Миллера, моего ассистента.
– Да, приятно познакомиться.
Скотт дернул подбородком, едва удостоив Миллера вниманием, прежде чем вернуться ко мне. Луч солнечного света упал на его недовольное лицо, подчеркнув резкие черты. Тени от пушистых ресниц ложились на щеки. Скотт был самой красивой королевской занозой в заднице. Отрицать это невозможно.
– А мне-то как приятно, – скрывая ухмылку, произнес Миллер, и я прикусила внутреннюю сторону щеки, потому что знала, что означал этот тон.
Сарказм привлек внимание моего мужа, Миллер этого и добивался. Скотт снова повернулся, открыто оценивая моего друга. На этот раз с выражением, предназначенным для того, чтобы напугать Миллера.
– Как долго вы пробудете в городе?
Миллер Смит обладал высоким интеллектом и врожденным даром отлично разбираться в людях. Он впустую тратил жизнь, работая моим ассистентом, и я часто говорила ему об этом. Несмотря на грязные истории, которые я рассказывала ему о Скотте на протяжении многих лет, он знал, что Блэкстоун-младший не из тех, с кем можно шутить.
– Всего несколько дней. Моей второй половинке нужно вернуться к работе.
Этих слов было достаточно, чтобы волшебным образом превратить агрессию Скотта в бесстрастное принятие. Его внимание переключилось на меня.
– Твоя одежда отвлекает моих парней. Это для них очень опасно. Не надевай это, – он ткнул указательным пальцем в легинсы, – здесь снова.
Единственный выход – игнорировать его поведение. Любой признак того, что он влияет на меня, только увеличит количество нападок.
