В конце июля 2018 года мой друг и партнер Михаил Ходорковский столкнулся с трагедией — спланированным и хладнокровно осуществленным убийством трех известных российских журналистов в Центральной Африканской Республике. Преступники заманили в ловушку и убили Кирилла Радченко, Александра Расторгуева и Орхана Джемаля, которые вели там расследование деятельности так называемой «группы Вагнера» — российской частной военной компании.
Мы провели расследование преступления своими силами. Было доказано, что это не был обычный грабеж, как пытались убедить всех российские власти. Были выявлены люди, очевидно замешанные в преступлении. Уверен, что рано или поздно они, как и те, чье участие в убийстве пока только предполагается, будут наказаны.
Всего этого показалось нам недостаточно, и тогда я предложил Михаилу создать фонд для расследований преступлений против журналистов. Я не открою ничего нового, если скажу, что насильственные преступления против представителей медиа — это глобальная проблема и что в мире ежегодно убивают десятки журналистов. Но еще страшнее то, что большинство преступлений против них остаются нераскрытыми, а преступники безнаказанными.
Для борьбы с этой безнаказанностью мы и создали фонд «Справедливость для журналистов» — по-английски Justice for Journalists Foundation, который начал свою работу из Лондонского офиса в начале 2019 года.
Фонд активно сотрудничает с расследовательскими командами, с международными правозащитными организациями, со всеми, кто верит в то, что совершившие преступления против журналистов должны быть найдены и наказаны по закону.
Однако мы понимаем, что необходимо сделать так, чтобы журналисты сами научились просчитывать свои риски и предпринимать соответствующие меры безопасности. Поэтому еще один аспект работы фонда — помощь журналистам в оценке и минимизации своих профессиональных рисков. Академия медиабезопасности, названная в память Орхана Джемаля, дает профессиональным и гражданским журналистам этот спасательный круг, эти знания и навыки, которые помогут в любой опасной ситуации в их рискованной, но очень нужной нам всем работе.
Но вернемся в Израиль.
За те почти семнадцать лет, которые длилась реконструкция Музея еврейского народа, мы не только набирались опыта в современном музейном деле, дизайне и строительстве, но и анализировали само понятие Jewish Peoplehood.
Один из главных выводов, который я сделал на основе анализа событий в еврейском мире за последние годы, заключается в том, что единство еврейского народа невозможно обеспечить только призывами к дружбе и взаимоуважению. Более того, я утвердился в мнении, что в современную эпоху единство между евреями в Израиле и в диаспоре могут обеспечить не только наше традиционное наследие, но прежде всего либеральные ценности.
У нас нет Конституции. Но у нас есть Декларации независимости, которая является символом и основой существования Государства Израиль. В ней провозглашаются самые важные и близкие для меня либеральные принципы:
«Государство Израиль будет открыто для еврейской репатриации и собирания изгнанников; оно приложит старания к развитию страны на благо всех ее жителей; оно будет зиждиться на принципах свободы, справедливости и мира, в соответствии с предначертаниями еврейских пророков; осуществит полное гражданское и политическое равноправие всех своих граждан без различия религии, расы или пола; обеспечит свободу вероисповедания, совести, выбора языка, образования и культуры; будет охранять святые места всех религий и будет верно принципам Хартии ООН».
Эти принципы обеспечивают существование Государства Израиль и как еврейского, и как демократического. И столь дорогое для меня слово «свобода» повторяется здесь два раза. Кстати, процесс подписания Декларации является символом того самого единения еврейского народа. В далеком 1947 году ее подписали не только члены национального совета, представляющего еврейскую общину на территории подмандатной Палестины, но и представители сионистского движения за ее пределами. Более того, те, кто подписывал Декларацию, были выходцами из самых разных стран и представляли еврейские общины в Беларуси, на Украине, в Польше, Молдавии, Германии и других странах.
К сожалению, в наши дни многие принципы, провозглашенные в Декларации, приходится защищать от многочисленных попыток игнорировать их содержание.
