Писательница хорошо знает среду сельского учительства. И, правдиво показывая, как распрямляется попранное человеческое достоинство у разных действующих лиц и «пробуждение» выливается в организованном протесте, не переоценивает своих героев. Многое происходит под влиянием общего движения. «Эка страсть. Да ныне лягушки и то о своих правах квакают» — как замечает иронически один из персонажей.
Точными художественными штрихами обозначает А. Бостром и первотолчок, выводящий из привычного оцепенения рядовую массу деревенского учительства. Это прежде всего глубокие перемены в народе, в крестьянстве, подземный гул надвигающейся революции. «Видимо, я пропустила какой-то важный момент… — признается главная героиня рассказа. — Я узнала, что некоторые мужики сами выписали газету. В нас более не нуждались. Мы не смели ответить на их запросы, ну, они сами захотели разобраться и сами ответить. Очевидно, работа сознания шла тут, возле нас, и мы ее не видели, от нас ее прятали. Это было тяжело и обидно. Но кто же в этом был виноват?»
На рассказе «Пробуждение» отразились вместе с тем преувеличение писательницей реальных успехов первых месяцев революции и неизжитые либеральные иллюзии. Это определило идиллический финал: едва осознав необходимость совместной борьбы и объединившись в профессиональный союз, учителя достигают скорой и полной победы над карикатурно очерченным инспектором и губернским начальством. С чудодейственной легкостью ближайший противник сокрушен посредством собрания и резолюций. И в конце, как символ всеобщего «пробуждения», вместе с героиней — молодой учительницей ликует даже сама оживающая весенняя природа…
Однако при всем том такие произведения, как драма «Докторша» или рассказ «Пробуждение», явно обозначали собой новый этап в дальнейшем развитии взглядов и творчества Александры Бостром.
В начале 900-х годов она особенно много печатается как детская писательница. Только в 1904–1905 годах одна за другой выходят шесть ее книг. А. Бостром зазывают на свои страницы почти все существующие в обеих столицах детские журналы. Театры наконец-то начинают ставить ее пьесы…
Александре Леонтьевне идет пятьдесят второй год. Она в поре писательской зрелости. Достигнута пусть и не та, к какой она стремилась, но все-таки литературная известность. У нее есть имя, добрая репутация, есть свои читатели. Поступают просьбы, заказы и договора от книгоиздательств и журналов. Дело — за ней, а уж ее не надо погонять. Она работает неустанно, каждый день. А впереди еще много неосуществленных замыслов, много лет жизни…
На этом подъеме путь писательницы внезапно оборвался. Летом 1906 года она скончалась.
Последние часы Александры Леонтьевны были омрачены проклятием тяготевшей над ней семейной драмы.
Об этом рассказывает в своих воспоминаниях С. И. Дымшиц-Толстая, которая недолгое время спустя, в 1909 году, общаясь с ближайшими родственниками А. Н. Толстого в Самаре и Поволжье, имела сведения о происходившем по свежим впечатлениям.
По ее словам, Н. А. Толстой воспитал старших сыновей «в жестокой вражде к матери и младшему брату. Ненависть старших братьев к матери, привитая им отцом… была настолько велика, что сын Мстислав, находившийся случайно в больнице, в которой умирала Александра Леонтьевна, отказался выполнить ее предсмертную просьбу — прийти к ней проститься» (Воспоминания об А. Н. Толстом. Сборник, с. 71).
25 июля 1906 года «в Ольгинской общине сестер милосердия «Красный Крест», — говорилось в некрологе, — скончалась от менингита местная писательница А. Л. Тургенева, подписывавшая свои произведения псевдонимом А. Бостром. Умершая А. Л. обладала недюжинным беллетристическим талантом и написала очень много рассказов…» («Александра Леонтьевна Тургенева-Бостром». — «Голос Самары», 1906, 27 июля).
«Мы потеряли в ней высокообразованную, талантливую литературную труженицу…» — писала другая газета («А. Л. Бостром-Толстая». — «Самарский курьер», 1906, 28 июля).
Как свидетельствуют Л. И. Толстая, вдова А. Н. Толстого, и работавший личным секретарем писателя Ю. А. Крестинский, в последние годы жизни Толстой снова возвращался к мысли о переиздании некоторых произведений А. Бостром. Может быть, книжки для детей, может быть, сборника лучших ее очерков[13].
Неугомонное сердце: Роман в двух частях. Спб.: Типография Стасюлевича, 1882.
Захолустье (повесть «Изо дня в день», очерк «День Павла Егоровича»). Спб.: Типография Стасюлевича, 1886.
Подружка: Книжка для маленьких детей с 130 картинками. Спб.: Изд-во Ф. Павленкова, 1892.
Странная девушка: Сказка. — В кн.: Булавина Е. А. Стихотворения. Самара, 1894.
Подружка. 2-е изд. М.: Изд-во т-ва И. Д. Сытина, 1905. В этом издательстве книга выходила еще четыре раза. В библиографии зарегистрированы издания в 1910 и 1915 годах, 6-е издание. — М., 1916.
Нянька: Рассказ. — В сб.: Читальня народной школы: Журнал с картинками. Вып. 4, 1889; 2-е изд. — Там же, 1904.
Сестра Верочка: Повесть для юношества. Спб.: Изд-во О. Н. Поповой, 1904.
