— Тогда давай сначала озадачим токаря, а затем уже сядем писаниной заниматься. Я хочу изготовить самодельные гранаты для подрыва немецких танков. Токарь должен найти трубу с наружным диаметром тридцать миллиметров, отрезать кусок длиной двадцать сантиметров, и сделать внутри трубы два металлических днища. Днища можно закернить, поставить на винты, а нижнее, и приварить, как удобнее. На одном днище должно быть отверстие, куда можно будет вкрутить запал от гранаты. В трубки насыплем взрывчатки, ввернем запал и получится самодельная граната. Если у него есть время, то может и нарезку рубашки на осколки сделать, хота это и не обязательно. Такая граната предназначена, чтобы её в ствол немецкого танка можно было засунуть, чтобы повредить орудие. Задачу уяснил? Кусок трубы двадцать сантиметров, две заглушки, одна с дыркой под гранатный запал. Диаметр трубки три сантиметра, чтобы в немецкую тридцати семи миллиметровую пушку влезла.
— Глеб, задачу я понял. Ясно, что эта самоделка для диверсантов, но можно использовать, как обычную гранату.
— Правильно. Верхнее днище пусть не ставил пока, чтобы свободно тол можно было засыпать. И запал ему дай, чтобы померить мог. У саперов есть буровые шашки три сантиметра в диаметре. Как немецкий танк захватим, ствол измерим, возможно, диаметр трубки и увеличим. А пока так. Сделать надо для начала штук десять. Сделает больше — только приветствуется. Граната будет мощная — сто семьдесят грамм взрывчатки. И легче, значит можно бросить дальше.
— Все, пошёл озадачивать Миронова, — сказал Борис.
Комбат пришёл минут через пять. — Нашли две подходящие трубы общая длина четыре метра. Через полтора часа десяток будет готов. Остальное порежет, и будет делать дальше. Идея ему очень понравилась, и каждый во взводе захотел получить по лёгкой и мощной гранате. Заремба сказал, что трубы такой добудет ещё.
— Тогда Рябинину позвони, насчёт взрывателей УЗРГ, или Кавешникова. Сколько даст, если отдельные есть, а не для гранат предназначенные.
Борис направился в штаб. Позвонил Рябинину. Запалы на складе были. Договорился чтобы полста штук отложил, придут — заберут.
— Маэстро, бумаги дай хорошей листов пять, и в течение часа меня не беспокоить, донесение писать буду. Лукьяненко где?
— Работами руководить ушел, по съему запчастей. Говорил, что уже один грузовик забили полностью.
Комбат улыбнулся, подмигнул Наталье и скрылся за дверью.
— А Наташка к тебе неровно дышит, — сказал всё замечающий Глеб. — Смотри, оженит.
— Да я, и не против, вроде, — сказал Борис. — Девушка она видная и образованная. И красивая, — помолчав, добавил он. — Жаль, очень молоденькая.
— Молодая — это достоинство, а не недостаток, — резонно высказался сержант.
Михайлов сел за стол, положил листы и достал карандаш с линейкой.
