— Спасибо, хорошо. Уже запрягли меня по полной. За лётчика и самолёт комбата вашего поблагодарил Нарком внутренних дел товарищ Берия. Возможно, представят к награде. Его методику противодействия пикировщикам командарм, после доклада комдива размножил, и разослал в войска. Самолёт уже отправили в Киев и дальше, на исследования.
— Благодарю за информацию, Егор Тимофеевич. Как вы думаете, ваш нарком заинтересуется новой противопехотной миной, пригодной для использования в войсках, а также для разведчиков и диверсантов?
— Несомненно, заинтересуется. Это наш профиль.
— Тогда часа через два, пришлите свободного человека с охраной. Мы сделаем несколько экземпляров, один передадим вам. Схему мины и описание комбат Михайлов уже составил. Сопроводительную, в чей адрес составить?
— Пусть направляет на имя начальника Львовского управления НКВД. Он дальше отправит по инстанции.
— Хорошо, я так ему и передам. До свидания, Егор Тимофеевич.
— Счастливо, Хранитель. Рад был вас услышать.
Комбат сидел задумавшись, и грыз кончик ручки.
— Боря, не мечтай, — одёрнул его Глеб. — Тебе благодарность за пленного лётчика и самолёт, — сержант сделал паузу, — от самого Наркома внутренних дел СССР, Товарища Берии, — выделил он голосом последние два слова. Комбат вздрогнул от неожиданности, а потом заулыбался. — Пиши сопроводиловку на имя Начальника Управления НКВД по Львовской области капитана Дятлова, и пойдём мины делать. Наташку тоже припашем. Нечего ей глазки строить, пусть работает.
Документ комбат написал за три минуты и упрятал бумаги в железный ящик под замок. Сначала пошли к землянке, где хранилась взрывчатка. Комбат подозвал Ревякина. Тот выделил двух бойцов, жестянщика и слесаря. В течении десяти минут Михайлов им втолковал чего от них хочет. Бойцы осознали и прониклись. С первой дугообразной коробочкой Аршинцев возился полчаса. Вырезал из газеты развёртку коробки и крышки. Специалиста было видно сразу. Как ловко он осаживал гофры, делая из прямой плоскости дугу. Глеб бы просто вырезал ножницами несколько кусочков, а этот ловкими ударами молотка просто придавал металлу нужную ему форму. На гражданке Аршинцев работал в артели, делал оцинкованные вёдра, корыта и прочие поделки из жести и кровельного железа. Слесарь просверлил сбоку коробки отверстие и припаял гайку, чтоб можно было ввернуть взрыватель, ввернулось хорошо. Нарубил зубилом сантиметровые кусочки шестимиллиметровой проволоки. С пол килограмма, вроде на одну мину должно было хватить. По наводке Ткачёва, комбат сходил к старшине на склад, посетовав, что не вовремя отправил Николая Васильевича валить лес, и, порывшись, нашёл всё же банку канцелярского клея, отнес в штаб. Пока жестянщик делал следующий корпус, слесарь Дементьев острым ножом срезал на газетку тол, пытаясь придать дугообразную форму четырем шашкам плотно загнанным в корпус. Получалось у него хорошо.
— Пусть забьет крошками тола щель между шашками и прочистит отверстие под запал, — распорядился сержант.
Дементьев всё сделал.
— А теперь пусть мужики продолжают, а мы пойдём клеить элементы. И дай распоряжение Зарембе, пусть с охраной съездит к Рябинину, заберёт взрыватели и спросит, может у него шашки есть из пироксилина, они хорошо крошатся, в гранаты пойдёт засыпать в самый раз. Штук двадцать, тридцать.
Борис раздал приказания Ревякину и Зарембе, забрал коробку с крышкой, завернутые в тряпочку обрубки проволоки и направился в штаб.
— Наташа у нас будет клеить проволочные элементы. Кисточку у Маэстро я видел. Сначала пусть намажет клеем тол погуще, а потом укладывает рядочками в один слой. Уложила, промазала и так далее.
— Ну, писаря штабные, — сказал Михайлов, улыбаясь, — сейчас будем из вас сапёров делать!
В комнату уже просочился Петров, Васильев, а спустя минуту, отдав распоряжения, пришёл и Ревякин. Всем было любопытно, что же задумал комбат.
"Писаря штабные" настороженно притихли.
— Вот вам клей, Маэстро доставай кисточку! Делаем самодельную мину. И не одну! Ты, Наташа, сначала густо смазываешь всю поверхность, а потом начинаешь вот из этой тряпочки рядочками укладывать кусочки проволоки и промазывать клеем. Кладёшь вдоль. Пальчики у тебя самые проворные, тебе удобней будет, чем мужикам.
Комбат пододвинул к девушке корпус мины и мешочек с обрезками.
Работа началась. Наталья через минуту приспособилась, и пальчики действительно замелькали очень быстро. Маэстро помогал промазывать клеем. Через десяток минут вся лицевая сторона мины оказалась покрыта металлическими элементами.
— Посчитай, сколько кусочков получилось?
Маэстро посчитал: — Триста тридцать, товарищ комбат.
— Мало, — сказал сержант, — надо ещё штук сто пятьдесят, двести.
— Крышка может не закрыться, — возразил Борис.
— Пусть начинает от центра, к краям ряда три не докладывает.
— Наташа, надо прибавить ещё. Начинаешь укладывать вот с этого ряда, — показал комбат на центр. — И влево, вправо от него.
