Направленных мин решили установить четыре штуки. Глеб всё осмотрел, и продумал. Ясно было, что если бандеровцы и будут нападать на отдельные склады или на ППД, то только со стороны частных построек. Со стороны дороги вряд ли кто полезет, поскольку местность на пятьдесят метров была открытая и просматривалась с вышек. В направлении забора на танковую часть выходило три улочки. Одна свободно простреливалась со сторожевой вышки, вторую мог прикрыть пулемёт из потайной калитки, третья была далеко и с вышек ночью практически не просматривалась. Из этой улочки кусты позволяли свободно подойти на расстоянии пятнадцати метров к забору. А высокая трава позволяла незаметно подползти вплотную, оторвать доски и проникнуть на территорию пункта постоянной дислокации дивизии. Дальше располагался склад, несколько оторванный от гражданских строений. Глеб велел напилить четыре брёвнышка сантиметров по восемьдесят длиной, диаметром таким, чтобы мина хорошо прилегала. Поскольку креплений никаких на корпусе не сделали, сержант приказал взять полтора десятка гвоздей и тонкой проволоки. Крепление получалось довольно простое — забил в бревно два гвоздя, поставил на них мину, забил еще два сверху — мина уже держится. Стянул шляпки проволокой, и мина к дереву прикреплена намертво. Вворачивай взрыватель и устанавливай растяжку, или спусковой шнур. Собирались не спеша. У сапёров спешка не приветствуется. Нашлась и хорошая проволока для растяжек, и прочный шнур. Мины покрасили ещё вчера, свежую краску присыпали пылью. Одним словом, смертельное оружие в глаза не бросалось. Взяли инструмент, плоскогубцы, нож, погрузились и поехали к складу.
Огнев окопы для часовых отрыл хорошие. В пятидесяти метрах от склада, на двоих, разнесённые между собой метров на сорок. Не просматривалась только задняя глухая стена склада. Глеб планировал там поставить гранатные растяжки. Днем склад охраняло двое часовых, ночью четверо.
Подъехали, комбат, по указанию Ткачева показал, где вырыть ямки для брёвнышек. Рыли примерно в тридцати метрах от окопа. Поскольку склад в длину имел метров тридцать, и двенадцать в ширину, то дальности мины вполне хватало, чтобы хлестануть вдоль стены направленным зарядом. Бревнышко закопали, оставив торчать из земли сантиметров двадцать пять. Забили гвозди, и привязали мину. Ввернули взрыватель. Мина смотрела вдоль стены склада, кольцо чеки на окоп. Привязали шнур, и проложили его к окопу. Заметив постороннее движение, часовой должен был дёрнуть за шнурок.
— Боря, ты объясни бойцам, что за верёвочку надо не дёргать, а сначала выбрать слабину, о потом крепко потащить. Усики чеки пока не разгибай. Разогнешь перед отъездом.
За пять минут установили вторую мину. Обучили второго бойца.
— Боря, ты предупреди и по смене пусть передадут, чтоб ни в коем случае не баловались, а как чеку сдёрнут, сразу в окоп падали, чтоб осколками случайными не зацепило. А после взрыва уж пусть смотрят, сколько диверсантов набили. Чем больше бандеровцев соберётся, тем лучше. Все там и останутся.
За всеми этими делами наблюдал Рябинин, с интересом приглядывающийся к установке мин. Он был доволен, что охраной его склада занялись серьёзно.
Оставив саперов у машины перекурить, комбат сказал Рябинину:
— Неси две лимонки с запалами, Кондрат Иванович, пойдем у задней стены растяжки ставить.
— Это мы мигом, — сказал старый сапер, — только без меня не ходите, у меня там несколько мин закопано.
Рябинин зашёл на склад, принес две гранаты и закрыл складскую дверь.
— Боря, ты позови бойцов, пусть поучатся растяжки ставить.
Борис позвал. Проходя мимо окошка, старшина сказал:
— На эту дощечку не наступать, здесь мина противопехотная, под следующим окном тоже, — просветил Рябинин. Бойцы сразу подобрались, ходить рядом с минами всегда боязно, вдруг рванёт ненароком.
— У тебя тут детвора не бегает, Кондрат Иванович?
— Нет, поляки ещё отучили. Пацанёнка какого-то поймали и плетьми так отделали, что говорят, еле выжил. Местные этот склад стороной обходят.
— Стороной не стороной, а тропинка есть, — показал комбат на тропку, выходящую из кустов, и заворачивающую направо.
