Лиза подошла к двери, встретила и ласково обняла. Они долго так стояли в объятиях друг друга и каждый чувствовал – что-то изменилось. Матвей чуть сильнее прижимал к себе Лизу, она не плакала, не извинялась, но не пыталась уйти. Почувствовала легкий поцелуй, мужчина вздохнул и поднял ее на руки.
– Вот так ты извиняешься, кошка?
– Да, Матвей, я не хотела.
– А я обиделся. Так сильно, что чуть не сдох. Боялся, увижу тебя и начну всё портить разборками…. А ты долго мне не звонила.
–Я хотела, но … вдруг ты сильно занят.
– Чтобы никто не пострадал, сегодня побуду ещё обиженным, но не уйду, Тебе завтра утром в институт. Сейчас ты, кошка, будешь спать, а я посижу с тобой, да? – осторожно предложил Матвей.
– Хорошо, я согласна, можешь даже… полежать, мы уже спали вместе, – смущенно ответила девушка.
– Это тебе так сильно стыдно??? Лисица, я даже не думал, что дома меня ждет такой подарок. Я в душ и приду. Не вздумай засыпать, хочу еще услышать, что я тебе нравлюсь, прежде, чем ты заснешь.
Она была такой забавной, такой виноватой… нежной … Матвей думал, что угодно, но только не то, что она обнимет сразу. Даже не надеялся. Получается, что действительно доверяет, ценит, жалеет о своих словах.
Пришел, когда уже спала и, конечно, не стал будить,
Он осторожно лег рядом, не касаясь. Сон не шел. Чувство было таким сильным и странным, как будто рядом его сладкая любимая жена. Лиза не испытывает безумных чувств, но она, может быть, и к Максу их не испытывает.
С Максом она никогда не была так близко. А поцелуи? Если и это понравится? Тянет к ней невероятно сильно. Мужчина улыбался, все-таки не удержался и легко погладил по спинке. Лиза не проснулась.
Матвей несколько раз вставал и возвращался, а когда, сквозь чуть приоткрытые шторы, появился солнечный свет, посмотрел на часы, не выдержал и поцеловал сладкие губы несколько раз, быстро и легко. Так, чтобы она даже не поняла, что ее разбудило.
Лиза так и не проснулась, вздохнула и повернулась на спину. «Неужели совсем не спала прошлой ночью? Измучилась? Думала обо мне или о нём?» Матвей тихо поднялся с постели, приоткрыл шторы, впустил свет и посмотрел за окно. Холодно, осень, снова дождь. Солнца сегодня не будет.
Надо будить, опоздает. А так жалко!
Мужчина, задумался. Приятного для нее в этой истории действительно мало. Домашний ребенок, строгие родители, живет неизвестно с кем. Даже хуже, живет с тем, кто приезжал ее запугивать поздно вечером. А он хочет, как безумный, с ума сходит, самоудовлетворяется, чтобы вести себя прилично и не прижаться к ней мужским достоинством, которое мешает спокойно общаться.
В его жизни были другие женщины, которых он знал и уважал, несмотря на профессию. Они были такие же, как все. Много умеют, совершенны в своем любовном мастерстве, завлекают и развлекают. Сейчас это казалось неправильным, а раньше было удобно. С шестнадцати лет, когда только начал работать, он знал таких девушек. Даже в увольнительной из армии не старался с кем-то знакомиться, оплачивал и всё. Какая разница в ресторан, знакомство или сразу трахнуть.
То, что она сказала – не буду с ним жить, не нравится, неприятный, противно… Чувствовал душой, сердцем, что все гораздо сложнее и тяжелее, чем просто обида за себя. Они помирились, обнялись, а она до сих пор переживает.
Матвей усмехнулся, решив, что надо простить и забыть. Ему бы она таких слов в лицо не сказала, неизвестно почему сказала это Кристинке.
Быстро вышел, умылся, побрился, надел черные джинсы, чистую футболку.
«Всё, пора будить, времени мало».
Он неосторожно прилег, притянул Лизку к своей груди, быстро погладил спину и прошептал: «Пора вставать, сколько можно надо мной издеваться!»
Лиза сначала не поняла, а потом постаралась вырваться, оттолкнуть, но он ещё крепче прижал и еще страшнее сообщил: «Я тебя съем!».
Отпустил и расхохотался.
– Какая ты смешная. Лиз, правда, опоздаем! Вставай, бегом!
– Матвей, ну ты что так будишь, я испугалась! А сколько времени?
– Много. Доброе утро, и бегом. Я пошел, ванная свободна.
Матвей вышел из спальни и услышал, как она ахнула. Наверное, на часы посмотрела.
Сердце бешено стучало. «Какая смешная. Пушистые загнутые ресницы, красивые пухленькие губы, щеки детские. Без косметики скромная и симпатичная. И не надо ей краситься, только хуже сделает… С ума сойти, как понравилась. Надо сегодня усмирить свои потребности, чтобы не боялась, а то вдруг крышу сорвет… Кто знает, на что я способен».
– Матвей, ты зачем будильник выключил???
– Я за него! Есть будешь в машине, я тебе взял! Быстрее, Лиз, лучше там посидим, если раньше приедем.
Лиза быстро пошла в ванную, перед выходом подкрасила губы и надела девичий плащик и белые кеды.
– Так нормально?
– Нормально! Выходим! Телефон не забыла?
– Нет. Матвей, ты, вообще, что ли не спал? Почему будильник на телефоне не звенел?
– Отключил я его. Какая разница, поехали.
В лифте аккуратно взяла под руку и прижалась.
– Ой, какие нежности. Что с тобой? Я же все простил и почти забыл.
– Я не забыла. … Ты мне нравишься.
Матвей улыбнулся, прижал девушку к себе на секунду и поцеловал сверху в макушку.
