Бросок вперед, блеск стали — боливийца развалило от композитных наплечников до титановых плит на ягодицах. Катана, по цене сравнимая со спортивным пневмокаром, — меч юного самурая по имени Дмитрий Нисизава.
Зевс не оклемался еще, в казни не участвовал.
А Иван и вовсе без оружия. Как и Максим Мцитури. Оба они считали, что размахивать на газоне сталью не очень-то спортивно. Да и столкнувшись с противником в рукопашной, опытный ветеран одним мизинцем уложит весь состав вражеской сборной. Максимум двумя.
Боливиец упал.
Труп.
Макс покачал головой:
— Ребята, вы молодцы. Быстро сработали. Сильно.
Довольны, забрала откинули — заулыбались. Мол, спасибо, приятно.
Игроки! Гладиаторы сборной Вавилона, а не какой-то занюханной Коста-Рики! Ишь как раззадорились! А что с ними будет, когда мяч увидят? Близко-близко? Это зрелище не для слабонервных. По телевизору одно, а в реале — ух!
— Хаяку![62] Вперед! Па-а-ад-нажмите!
Гуськом, след в след — назад, к своим воротам. Разведанной тропе верить нельзя. Макс не даст и евро за жизнь безумца, осмелившегося пройти на обратку. Потому как финал. Похоже, организаторы решили сделать зрителям настоящий праздник. Фонтаны крови поднимут рейтинг до заоблачных высот. Зрелищно угробь кучу-малу игроков — и получишь премию Ассоциации. В общем, все хороши — и воротилы шоу-бизнеса, м-мать их так, и саперы, чтоб им.
— Вперед! Па-а-ад-нажмите!
Авангард — Афродита. Ей не терпится найти мяч. Мускулистые нижние лапы легко пружинят от газона. Макс завидует Афродите: у нее ж не бедра-голени, а торсионные валы.
Прыжок.
Прыжок.
Еще прыжок!
Афродита рискует. Глупо рискует. Ни себе, ни людям. Прыжок — и удар о газон. А под травой притаилась мина. Или не притаилась. Какова вероятность? Обычно впереди идущий щупает тропу, так заведено, это неписаное правило. За пионером двигается группа, и это нормально, зачем всем рисковать?
Прыжок.
— Что там?
— Порядок. Чисто.
Иногда Макс жалеет, что не знает язык глухонемых. Хотя… Много ли в бронеперчатках наговорит мисс Гансовски?
Строго по прямой, не сворачивая. Впору поверить в параллельные миры, колбасу из мяса и птичье молоко: полсотни метров без эксцессов. Макс боится сглазить, он надеется, что группа попала в чистую полосу. Говорят, в любой разметке всегда есть тропа, лишенная мин. Найди ее — и всю игру бегай, не глядя под ноги, от своих ворот к вражеским и обратно. Чистая полоса — билет в оба конца, пассажирам просьба пристегнуть ремни.
Неужели, а?! Что-то не верится…
Прыжки Афродиты — баловство, а не разведка. Поэтому следующим шел Дмитрий Семенович Нисизава — у мальчишки талант, и потому его врожденные способности надо использовать по максимуму.
Чуть оправившись от взрыва, Зевс взлетел и приземлился метрах в двадцати впереди. Если что, не жалко. Толку от него…
— Мяч.
— Где?
— Сотня, строго север.
— Сколько?
— Трое.
Нисизава молодец, первым заметил мяч. А значит, предстоит битва.
— Маркус, Саид! Готовность по максимуму!
Кивают, намек понят.
— Гансовски, сюрикены!
— Джессика, праща!
— Ваня, не подкачай!
Боливийцев всего трое. Потенциальные трупы.
Столкновение — и…
Реальные трупы.
А вот и мяч.
Мяч завораживает. Это настоящее произведение искусства, пик прогресса, экстремум человеческой мысли. Без мяча футбол — не футбол, а так, хоккей на траве. Разноцветные, с ребристыми магнитами-зацепами сектора из блестящего кожзама надежно спаяны между собой. Стыки обильно смазаны термоупорным гелем. Красный сектор — мгновенная смерть. Зеленый — оптимальный маршрут. Желтый — поиск ближайшей мины, штрафные очки. Оранжевый — пас своему игроку. Черный… Если ударить по черному сектору, кто-нибудь обязательно умрет. Лучше, если сдохнет враг, вознамерившийся отобрать у тебя мяч. Хуже — если ты. Лотерея, не угадаешь.
Группа разворачивается полукругом — в центре мяч.
Шок.
Восхищение.
А Макса шатает.
Воспоминания буквально валят его с ног.
Это был компромат на него…
Сирену отключили час назад, а диверсанта — как выяснилось, статиста — до сих пор не нашли. Странно это. Он должен был сдохнуть от боли, ведь у него, как у всех клонов, в черепе есть специальная вставка, которая… Может, где-то спрятался, залез в укромную щелку и там окочурился? Вонять начнет, тогда уборщики и достанут?
Как бы то ни было, в критической ситуации боссу надлежит быть в рубке тонущего корабля, дабы личным бесстрашием вдохновлять подчиненных на подвиг и… И еще на что-нибудь. И хоть Технопарк вовсе не корабль, суть от этого не меняется.
Макс отвернулся от трехмерного экрана. Все-таки новости — развлечение для мазохистов. Хотелось выпить. Точнее — напиться в зюзю. Жаль, нельзя. Да хотя бы потому, что покидать «рубку» категорически запрещено. ЧП как-никак.
Но Мцитури на все запреты тьфу и растереть. Топая к бронедвери, он спиной чувствовал взгляды подчиненных. Знают уже, сволочи, что босс облажался хуже некуда. Нынче босса реально утопить не то что в нужнике, но в капле птичьего помета.
