– И ненадолго, – сказала она. – Ложись.
Повинуясь щелчку ее пальцев, он снова вытянулся на диване во весь рост. На этот раз, когда она оседлала его бедра, то сделала это, сжав в кулаке его возбужденный член, и за исключением нескольких лихорадочных движений бедер он больше не пытался отвлечь или прервать ее.
С силой проведя по члену, Эйприл снова заговорила, а Маркус дернулся под ней и стал еще тверже в ее руке.
– Я видела примечание Франсин о том, куда продюсеры сериала хотят его продать. – Тому же кабельному каналу, который показывает «Богов Врат». – Если у них получится, это обеспечит приличный бюджет, и я уверена, что твое участие в сериале поможет им добиться своего. Роль предусматривает боевые сцены, но и сильную эмоциональную составляющую. Подозреваю, тебе нравится, как они изменили пол персонажей по сравнению с обычным распределением профессий.
Она облизала ладонь. Снова провела по члену, и Маркус проглотил громкий стон.
– Этот сценарий я читала дольше всех, потому что искала красноречивые свидетельства того, что сериал будет стыдить секс-работников. Я ничего не нашла. – Свободной рукой она провела по его плоскому животу и груди. Маркус заерзал под ней. – Мое предположение? Тебя привлекла роль, потому что все, даже главная героиня, поначалу считают твоего персонажа просто хорошеньким и сексуальным, но он гораздо интереснее. Это умный сценарий, Маркус. Лучший из предложенных. И деньги хорошие.
– Так почему… – Он выгибался под ней, часто дыша, к ее бесконечному удовлетворению. – Почему я еще не на пробах?
Ее руки замерли. Проклятие. Она надеялась, что он не спросит.
– Не знаю, – медленно произнесла она. – Я не смогла понять.
С трудом выдохнув, он умудрился иронично заметить:
– Если поймешь, дай мне знать. Потому что я понятия не имею и надеялся, что ты сможешь сказать.
– Ладно. – Она убрала руки от его тела и положила на свои бедра. – У тебя есть гипотезы?
Он опустился обратно на диван.
– Конечно, я не хочу покидать тебя. Но пробы разлучат нас всего на день или два, так что дело не в этом. Во всяком случае, не только в этом. И я не хочу совсем прекращать играть, так что это тоже не проблема.
Подняв руку, он заправил прядь волос ей за ухо.
– Я уже несколько месяцев не могу заставить себя сходить на пробы и не знаю почему. Даже несмотря на то, что упускать такую возможность кажется глупым.
– Это не глупо. – Эйприл накрыла ладонью его сердце. – Здесь нет правильного или неправильного ответа. Только…
– …тот, который сделает меня счастливее, – закончил Маркус, и его лицо посветлело. – Надеюсь, это правда.
Она закатила глаза.
– Конечно же правда. Я бы не стала тебе врать.
Он скривился так внезапно и сильно, что она торопливо слезла с него.
– У тебя судорога? – Она внимательно осмотрела его, но не заметила ничего, кроме опавшей эрекции. – Где болит?
Он крепко зажмурился.
– Нет, я…
Его перебил звонок ее сотового, но она проигнорировала его.
– Чем я могу помочь?
– Пожалуйста, ответь на звонок, – сказал Маркус. Она не шевельнулась, и он прогнал ее. – Я в порядке. Просто мне нужна минутка.
Поглощенная мыслями о нем, Эйприл не посмотрела на экран, прежде чем ответить на звонок. Это была ошибка.
– Привет, милая! Я так рада, что застала тебя дома, – зазвенел в трубке голос матери, веселый и радостный. Слишком веселый и радостный. Значит, мама волнуется. Вероятно, потому, что дочь не отвечает на ее звонки.
– Привет, мам. – Черт! Черт! Черт! Черт! – Да. В кои-то веки мы решили остаться дома и расслабиться.
Маркус бросил на нее недоуменный взгляд, натягивая боксеры, без сомнения удивляясь, почему она врет матери. Они с Маркусом никуда не выходили после визита Алекса, отчасти чтобы избегать папарацци, а отчасти потому, что оба казались прирожденными домоседами.
По-видимому, он не замечал, что она сбрасывала звонки Джо-Энн.
– Ты… – Мать прочистила горло. – Ты все еще встречаешься со своим молодым человеком?
Эйприл подавила инстинктивный ответ: «Тебе нужна кушетка или нюхательные соли? Я знаю, ты, должно быть, в шоке».
– Да, – всего лишь сказала она. Это было вежливо и лучшее из того, на что она способна сейчас.
Слава богу, мама не стала расспрашивать о подробностях.
– В таком случае я приглашаю вас обоих. Мы с твоим отцом хотели бы пригласить вас на праздничный обед по случаю моего дня рождения, если вы свободны. Первая суббота июля, будем только мы четверо.
Воздух в квартире внезапно показался ей затхлым и холодным. Эйприл обняла себя свободной рукой и скукожилась, прижав подбородок к груди.
У нее не было вежливого способа отказаться. Если она скажет, что дата не подходит, ей предложат другую, потом другую, и так до тех пор, пока не станет ясно, что дело не в дате, и ей придется говорить о том, к чему она еще была не готова. Сделать заявления, которые она хотела еще обдумать, прежде чем встречаться с родителями.
