Конвент состоится в следующие выходные, и они решили устроить полуофициальный дебют в качестве пары. Они перестанут избегать папарацци, по крайней мере на выходные. Наоборот, они гордо появятся там вместе.
Маркус не мог дождаться. Ему хотелось показать ее, и Эйприл, кажется, одновременно забавляло и радовало его нетерпение сделать это.
Он намеревался держать ее возле себя при любой возможности, когда не будет занят на общем интервью, индивидуальной сессии «вопрос-ответ» и различных фотосъемках. Хотя, конечно, у нее были и свои планы, некоторые появились совсем недавно.
– Думаю, я готова, – наконец ответила она, и быстрый перестук ее пальцев замедлился. – Я уже отложила то, что хочу взять с собой, и мой костюм Лавинии полностью готов, надо только чуть доработать подол.
Он открыл рот.
– И нет, тебе все еще нельзя его видеть. – Ее усмешка была лишь капельку злобной. – Тебе придется дождаться конкурса косплея, как и всем остальным, Кастер-Дефис-Рапп.
О, он любил, когда она называла его так! Это значило, что она в игривом настроении, а игривость в миллион раз лучше, чем нервозность.
Поскольку разговоры о конвенте, похоже, расслабляли ее, он будет расспрашивать столько, сколько потребуется.
– Что насчет сессии Саммер? Что ты думаешь по этому поводу?
Всего несколько дней назад модератор сессии «вопрос-ответ» для Саммер неожиданно выбыл. Организаторы конвента, очевидно зная о любви Эйприл к Лавинии и ее скандальной известности как его девушки, быстренько пригласили ее модерировать эту сессию. Подумав, она согласилась.
Маркус уже познакомил женщин по Фейстайму, чтобы сгладить любую потенциальную неловкость. После Саммер отправила ему сообщение. «Не то чтобы тебе было нужно мое одобрение, но она мне понравилась. И она кажется уверенной в себе, что тоже пригодится. Но береги ее на конвенте, Маркус. Нам всем трудно, но не думаю, что ты понимаешь, каково женщине быть в центре внимания. Особенно женщине, которая к этому не привыкла, и «особенно» женщине, которая не совсем тот тип подружки, которую ожидают от тебя пресса и публика».
Это было пронизанное добротой и заботой сообщение, на сто процентов соответсвующее характеру Саммер. Вот почему, когда Рон и Эр Джей продинамили Лавинию и Энея в последнем сезоне, Маркус горевал не только по арке своего героя, но также из-за своей коллеги и подруги.
Из-за того, как плотно им приходилось работать все эти годы, они с Карой были, вероятно, единственными из актерского состава, кто видел его наиболее ясно, но Кари не рассказала об этом прессе. Ни разу.
Может, он и три его любимые женщины смогут поужинать вместе во время конвента? Может, в их компании, с их помощью его путь в карьере прояснится?
В конце концов, их советы не могут быть хуже предложенных Алексом продуктов по уходу за волосами и слоганов. «Кастер – причесок мастер!» Или для лака экстрасильной фиксации: «У прически была тяжелая ночь? Дай Маркусу зафиксировать тебя!»
– Я с удовольствием займусь модерацией. Я не боюсь говорить на публике, – признала Эйприл и пожала плечом. – На неделе мне пришлют биографию Саммер и вопросы, чтобы я заранее ознакомилась с тем, что надо будет говорить.
Он заставил себя задать следующий очевидный вопрос:
– Когда ты встречаешься со своими онлайн-друзьями? Вы назначили время?
На прошлой неделе, когда Эйприл была на работе, он вошел на сайт Лавиней в режиме невидимки и увидел ее объявление, опубликованное предыдущим вечером. Наконец-то Бесстыжая Фанатка Лавинии рассказала всем, что она та самая поклонница, которая встречается с Маркусом, и он был искренне удивлен, что интернет не разорвало от радостных восклицаний.
«Это значит, что ты собираешься на конвент, верно? ВЕРНО??? – спросила ВозьмиМеняЭней, когда ажиотаж немного поутих. – МЫ ДОЛЖНЫ ВСТРЕТИТЬСЯ! ОМГ, ДОЛЖНЫ! ЭНЕРГИЯ ЛАВИНЕЙ, АКТИВИРОВАТЬ!»
Спустя миллионы эмодзи со слезами и сердечками в глазах они договорились.
Но он не должен был знать об этих планах, по крайней мере в подробностях. Даже если он знал и даже если отдал бы заработанные за последний год съемок во «Вратах» деньги за то, чтобы присоединиться к ним как КнижныйЭнейБыНикогда.
Он продолжал писать, Алекс бетил его истории, и Маркус выкладывал их под новым псевдонимом – ЭнейЛюбитЛавинию. Однако пока они не достигли особого успеха, что было объяснимо, но досадно. И было невыразимо одиноко смотреть со стороны на сообщество, которое он помогал развивать.
Однако Эйприл того стоила. Миллион раз.
– В воскресенье утром мы все вместе завтракаем. После я, возможно, прогуляюсь по стендам с ВозьмиМеняЭней, если ни одно из интервью не будет особенно заманчивым. – Включив поворотник, Эйприл свернула с трассы на съезд. – Мы почти приехали. Еще пять минут.
Она больше не барабанила пальцами по рулю. Вместо этого она так крепко сжимала его, что побелели суставы пальцев.
Отчего-то внезапная тишина была даже хуже, чем нервная болтовня. Ее губы превратились в напряженную тонкую линию, щеки побледнели, подбородок воинственно вздернулся. Неожиданная ярость огнем лизнула позвоночник Маркуса.
