Аппарат панорамирует Напротив волшебника Иванова - другой волшебник Иванов. По ту сторону мраморного стола Развернут ему навстречу, как зеркальное отражение. Пьет кофе с марципановой булочкой. За его правым ухом вход, флаги на мачтах, витрины. Двойник? Призрак? Он что, само- возник из ничего? Отпочковался от первого? Или выпал в этот мир из антимира, который в результате катаклизма дал трещину?
Однако можно найти и различия, Ивановы не идентичны. Иванов № 2, несмотря на теплый день, в жилете на меху и пимах. Кроме того, белые брови у него еще навесистее, кустис тее, а белое облако нестриженых кудрей окружает лысину, нежно-розовую, как лососина. Седина его отливает какой-то немыслимой арктической голубизной.
Что ж, все ясно, не так ли? Иванов-сын. И Иванов-отец, прибывший с Севера по каким то своим делам Он чуть пониже сына, спина уже немного дугой, однако кряжистый и мощный, плечистый, словом, выглядит хоть куда.
Ты как? - гудит Иванов-отец (у него голос еще басо витее, ниже, чем у сына, настоящий бас-профундо) Труд основа. Чем? Занимаешься? М?
Сын отвечает с улыбкой.
- Да многим, батя. Не перескажешь враз. А вот сейчас, как раз сегодня - персональное дело. Один тут ...тебе станут говорить, что я на пари взялся, что подначили меня, как ма ленького. Не слушай, пустое все это, болтовня. Просто случай мне показался любопытным, симптомы ярко выраженными, захотелось приложить руки. Помогаю ему выйти из состояния затверделости. Думал, пойдет туго, придется попыхтеть Ни чего, пока что все идет нормально. Процессом размягчения я доволен.
- Идет гладко? Значит, потом будет худо. Срывы. Рецидивы,- Отец одним глотком опорожнил чашечку кофе, берется за следующую,- Увидишь. Попомни. Уж поверь...- Жует марципановую булочку. Слов не слышно, раздается только смутное гудение на самых низких нотах. Наконец прожевал,- Сегодня? Занят? Делов много?
Сын смотрит на часы.
- Порядочно. Хотя и воскресенье. Но это последний день сказки... его сказки, ну, этого моего... Мне нужно обязательно...
Примечание. Как известно, Волшебный Универмаг, обслуживающий мир духов, пятого и двадцать пятого числа каждого месяца около полуночи перемещается на новое место, приобретает новый адрес. Никого не извещают специально, но любой порядочный дух, продрав глаза и приступив к завтраку, уже знает, где именно базируется ВУМ. Это для него так же естественно, как дышать или летать по воздуху. «Механизм информации в данном случае срабатывает автоматически, независимо от желания или нежелания субъекта» (цитата из учебника по духоведению).В тот день красочное, приманчивое здание ВУМа стояло посреди парка Тимирязевской академии, весело отражаясь в неглубокой воде старого пруда (разумеется, отражение, как и самое здание, могли видеть только духи). Накануне ВУМ помещался на территории Коломенского, в низинке по соседству с Дьяковским храмом, построенным еще Иваном Грозным. Духи-администраторы ВУМа, надо отдать им справедливость, умеют со вкусом выбирать места).
ЕЩЕ КУСОК КИНОЛЕНТЫ...
Происходит нечто невероятное. В кадре - человек. Похоже, что он видит Иванова № 1 и Иванова № 2. Да, да, уверяю вас. Идет к ним свободно, нестесннтелыю, как будто так и надо, как будто все очень просто. Средних лет человек, без особых примет, рослый, седеющий, румяный, приятный. Нет, извиняюсь, одна особая примета есть: синий шрам на щеке, немного оттягивающий угол рта. Под рукой пакет, обертка приметная, особенная, с напечатанными на ней флагами, узкими и раздвоенными.
Стоп, кадр! Какое знакомое лицо.
Ага, понятно. Это снова он... который стоял тогда за спиной художника... потом патрулировал с красной повязкой... читал мне вслух вывеску: «Главсонсбыт» (другим не дано было прочитать волшебные слова, у них получалось - «Главкожсбыт»).
Тот самый человек.Вот подошел, сказал Иванову-отцу:
- Будьте так добры, подскажите, куда мне тут обратиться? Что-то не пойму...
Где же стол из мраморной крошки, тент, соседние столы? Универмага нет и в помине - как будто мигом скатали холст с нарисованной на нем декорацией, убрали подальше Мачт тоже нет. Есть лес. Лесопарк Тимирязевки. Лесная опытная дача - так это испокон веку называется. Квадраты леса, огороженные проволокой, между ними дороги. «Посажено в 1888 году студентами...» Какие здесь могут быть здания, флаги, покупатели? Своеобразная скамейка - два толстен ных бревна на порядочном расстоянии врыты стоймя в землю, в них врезана длинная доска. Такие можно увидеть только в Тимирязевке, они стали традицией. Возле нее могила лесовода, здесь он работал, провел жизнь, здесь и лежит, насадил вон ту редкой красоты березовую аллею...
Среди старых, крепких перевьев стоят два старых креп ких белобородых патриарха, очень схожие между собой. Два елочных Деда Мороза. Сначала в руке у каждого по чашечке кофе. А потом чашечки... ну, стушевываются, что ли, скромно исчезают. Их вроде и не было.
