– Нет, решено. Нам снова пора в путь. Мы должны придерживаться своего плана – Анна непоколебима. – Да и для вас так будет лучше. С малышкой, я знаю, вам не с руки путешествовать, но мы, если кого-то встретим, пришлем вам подмогу. Вот, смотрите. – Она раскрывает карту. На синеве моря, рядом с тем местом, где они находятся, сделана новая пометка. Схематично нарисованы три фигуры – мужская и две женские (одна маленькая, другая побольше) – и под ними написаны их имена: Рут, Ник, Фрэнки. – Если кто-то еще уцелел, мы их найдем и пришлем к вам. Отсюда мы отправимся в Веллингтон. Если это такой же город, как Гамильтон, там будут люди, хотя бы несколько человек. Те, кто успел укрыться в подвалах или бункерах, которые построили их чокнутые свекры. Если повезет, встретим кого-то, кто совершенно здоров, потому что им посчастливилось спрятаться в пасти кита. – Анна кривит рот в улыбке. Она до сих пор не верит в их историю. Ее откровенный скепсис и саму Рут заставляет усомниться в реальности их чудесного спасения.
– Анна, вы подвергаете себя опасности. Сами же говорили, что люди, которые до сих пор обитают в городах, посходили с ума. Подумайте о Нине.
– Рут, не в обиду вам, но, оставшись здесь, я буду постоянно изводить себя мыслями о том, что где-то за горизонтом есть нормальная жизнь или хотя бы ее подобие, и в конце концов тоже свихнусь.
Рут кивает. Она хорошо понимает Анну. Чувствует в душе то же самое.
– Что касается Нины, если я хочу, чтобы у нее было будущее… – Анна сморит на дочь. Та, нагнувшись, с интересом рассматривает поблескивающую в лунном сиянии ракушку, которую малышка Фрэнки показывает ей. – Чтобы дать ей хотя бы шанс на это, мы должны посмотреть, кто еще остался на этой земле.
В ту ночь Рут не спится. Тело ее жаждет отдыха, но мозг жужжит, как мотор.
– Ник?
Он зашевелился, со стоном просыпается, мгновенно настораживается.
– Малышка?
– С ней все хорошо. – Фрэнки крепко спит рядом с ней. Громко сопит в темноте, будто завернутый в одеяло поросенок.
– Что случилось?
– Может, тоже снимемся с места? Пойдем завтра вместе с ними?
Ник поворачивается на бок. Она видит блеск его глаз в мягком свете, изгиб подбородка, озаренного сиянием полной луны, проникающим в хижину через парусину.
– Мы это уже обсуждали. И вроде договорились, что остаемся здесь.
– Да, договорились. Но теперь, когда мы знаем, что есть другие люди, разве не стоит попытать счастья?
– Анна говорит, если они найдут других, пришлют их к нам. Лучше оставаться здесь – больше шансов, что нас отыщут. В движущуюся цель попасть труднее.
Голос у него уверенный, внушает чувство безопасности, защищенности. Но все равно Рут не может отделаться от этой мысли. Семя идеи брошено в почву сознания, оно проросло и дальше уже развивается само по себе.
А как же Фрэнки?
С кем она останется, если что-то случится с ней и Ником? На какую жизнь они обрекут ее, если лишат возможности взаимодействовать с другими людьми?
Ник целует ее, затем, наклонив голову, целует Фрэнки.
– Останемся здесь, и в конце концов нас найдут. Здесь наш дом.
Рут слышит, как ритм его дыхания меняется: он снова засыпает. А она так и лежит в темноте с открытыми глазами.
Едва рассвело, они попрощались с гостями. Анна с мужем и дочерью медленно бредут по берегу, направляясь на юг. Ник с Рут смотрят им вслед.
– Меньше ртов кормить. – Ник обнимает Рут за плечи одной рукой. Она кивает и отворачивается от исчезающей вдалеке троицы.
– Покажи, что ты нашел в городе.
Она идет к груженой тележке, сверху накрытой туго натянутым грязным синим брезентом. Куры довольно кудахчут в наскоро сколоченном для них птичнике, клюют зернышки, рассыпанные Ником в тростниковых зарослях. Рут сажает Фрэнки на песок, откуда малышка может наблюдать за курами, а сама подходит к тележке, развязывает веревки и принимается выгружать остальные трофеи.
Ночи становятся длиннее, скоро часы переведут на зимнее время. Летом дни казались бесконечными, ей было одиноко и скучно, а теперь она тоскует по той свободе.
В школе жизнь течет размеренно и однообразно, и она чувствует себя как в ловушке, причем дело не только в самой работе. В теплой одежде, которую приходится носить из-за наступающих холодов, она чувствует себя как в смирительной рубашке. В автобусе, где раньше она могла думать о том о сем, теперь ее мучат приступы клаустрофобии. После школы смеркается так быстро, что домой она добирается уже затемно, отчего и в квартире ее не покидает сопровождаемое тревогой ощущение замкнутого пространства.
Ей одиноко, особенно потому что жизнь города вокруг никогда не останавливается. Она скучает по друзьям, но повидаться с ними не получается. Камилла и Чарли распланировали свое время на несколько месяцев вперед. Фрэн занята на работе и поглощена романом с Дженни, поэтому ей трудно выкроить время для близкой подруги, тем более что сама Рут вынуждена подстраиваться под график Алекса.
Узнав, что в ближайшие выходные Алекс уезжает в командировку, Рут решает, что не пойдет с Беном в «Монти», а постарается выманить Фрэн в район к югу от Темзы, чтобы провести вечер вдвоем.
