Нельзя так говорить. Нельзя терять надежду. По крайней мере до тех пор, пока я собственными глазами не увижу ее тело. И даже это может оказаться недостаточно убедительным.
Потому что здесь слишком многое совсем не то, чем кажется на первый взгляд.
Ну вот, я снова отвлекаюсь. Оттягиваю время. Беда в том, что я просто не хочу рассказывать, что было дальше. Но я должен это сделать.
Последний рубеж
Мы подошли к той пропасти.
Быть может, пропасть - не совсем подходящее определение, до Великого Каньона ей было очень далеко. В сущности это была длинная узкая расселина между двумя соседними скалистыми формациями. Наверное, футов тридцать в длину и примерно шесть-восемь футов в ширину в том месте, куда мы подошли. С одного конца расселина смыкалась, а с другого - обрывалась куда-то в пустое пространство.
Подходя к расселине, Кимберли на ходу бросила на землю копье и избавилась от томагавка. Остановилась она лишь у самого края. Там наклонилась, словно отвешивая поклон, и уперлась руками в колени.
Мы остановились поодаль.
- Он там, внизу? - нарушила молчание Конни.
- Ага. Подойди, посмотришь.
- Я воздержусь, если ты не против. Кимберли выпрямилась. Развернувшись в нашу сторону, она недоуменно посмотрела на нас.
- Неужели никто не хочет на него взглянуть? Я поднял руку.
- Что ж, иди сюда.
- Я подержу твой топор, - предложила Билли, и я не стал возражать.
Затем заставил себя сделать шаг вперед. Меньше всего мне сейчас хотелось смотреть на еще одного мертвого мужика. Бог свидетель, двоих было уже предостаточно. Но я должен был лично убедиться, что там Уэзли, и что он мертв.
Дойти до самого края, как это сделала Кимберли, у меня не хватило мужества. Перед обрывом я встал на четвереньки и прополз оставшуюся часть пути. Пропасть была не такой глубокой, как я опасался. Но все же она была достаточно глубока. Наверное, пятнадцать или двадцать футов, и с очень отвесными стенами. Дно было похоже на плоскую, но слегка перекошенную каменную плиту. Из трещин в стенах и на дне кое-где пробивались чахлые кусты.
Все то время, которое я изучал размеры и общий вид пропасти, я старался не смотреть на тело. Оно лежало прямо под нами, чуточку левее. Я видел его периферийным зрением, пока осматривался.
Но в конце концов мне пришлось посмотреть. Он лежал лицом вниз и на первый взгляд был похож на задремавшего во время приема солнечных ванн нудиста. Только кожа имела нехороший вид. И дырка в заднице была не на том месте - посредине правой ягодицы. И вместо затылка - какое-то черное месиво. Кроме того, на левой ноге ниже колена оголился большой участок кости - должно быть, потрудилась какая-то зверушка, и, судя по всему, намного крупнее тех, которые сейчас ползали по нему и летали вокруг.
- По-моему, мертвее не бывает, - заметила стоявшая рядом Кимберли. Она наклонилась вперед, свисавшие волосы закрывали от меня ее лицо. И хорошо, что я не мог его видеть. На нем, несомненно, было выражение высшего удовольствия. Потому что именно это я услышал в ее голосе. - Это прекрасный образец того, что называется "дохлятиной", - добавила она.
- Наверное, - буркнул я без особого воодушевления.
Когда Кимберли отступила назад, я отполз от края пропасти и встал.
- Никого больше не заинтересовало? - спросила она и пошла к тому месту, где оставила томагавк и копье, на ходу снимая рубашку Кита.
- Я совершенно не хочу его видеть, - заявила Билли.
- Дай мне свою веревку, - попросила ее Кимберли.
Билли нахмурилась.
- Зачем?
- Я спущусь вниз.
- Ты шутишь, - пробормотал я. - Ты ведь не собираешься делать это.
- Разумеется, сделаю. - Никогда еще я не видел Кимберли такой решительной. Мне стало страшно. Я должна убедиться, что это он.
- Конечно он. А кто бы еще это мог быть?
- Гиллиган? - предположила она. - Профессор? Д. Б. Купер? Кто знает? Да кто угодно.
- Это Уэзли, - настаивал я. Конни недовольно посмотрела на нее.
- Ты сама сказала нам, что это Уэзли.
- Я убеждена, что это действительно он. Но убеждена не окончательно. Вот почему мне нужно спуститься вниз и перевернуть его.
Перевернуть?
- О Боже! - воскликнул я. - Только не это. Ты ведь не собираешься к нему прикасаться?
Странно улыбнувшись, Кимберли ответила:
- Конечно, собираюсь.
- Делай, как знаешь, - сдалась Билли. Поморщив носик, она подняла кольца веревки, перекинула через их голову и протянула Кимберли. Та взяла веревку.
- Нет абсолютно никаких причин спускаться туда, - запротестовал я. Правда. Послушай, ты и я знаем, что это Уэзли, так что...
- Может, ты и знаешь, приятель.
- Ты тоже знаешь.
- Ничего такого я не знаю.
- Это не смешно.
- А я что, рассказывала анекдот?
- Ты себя странно ведешь.
- Он прав, - вмешалась Конни.
- Давайте поставим на этом точку и вернемся на свой пляж, - предложила Билли.
Ехидная ухмылка исчезла с лица Кимберли.
- Я сделаю так, как собиралась. А я собиралась спуститься вниз и нанести визит нашему мертвому другу. Потому что, если это не Уэзли, мне надо это знать, а если это Уэзли... - она пожала плечами.
- Тогда что? - переспросила Билли.
