Когда он очнулся, голова его покоилась на розовой руке. Боль ушла. Глаза Ариадны были задумчивы. Она тихо улыбнулась и прошептала:
— Дурачок.
И сердце Крима растаяло.
Утром Русия кто-то в очередной раз пытался убить. Сок, налитый в его стакан, оказался отравленным. Об этом спокойно сообщил Командор, вошедший как раз в тот момент, когда Русий уже подносил стакан ко рту. Замедлив время, Командор забрал стакан и выкинул его в утилизатор. Русий, проглотивший лишь воздух, рассердился.
— Что за шутки?
— Сок отравлен.
— Откуда ты знаешь?
— Странно задавать такой вопрос зрентшианцу.
— А не скажет ли дорогой зрентшианец, кто насыпал яду его обожаемому сыночку?
— Не скажет.
— Почему же? Ведь он всевидящий?
— Понимаешь, в чем дело — посерьезнев, сказал Командор — я не могу определить, кто это делает. Я читаю эти мысли, вижу движения, я вижу руку, сыплющую яд в твой стакан, но я не вижу того, кто это делает. Мысли всех людей, что окружают нас, чисты, в них нет даже намека на то, что они хотят причинить тебе зло. Даже Крим, который тебя не переносит, безвинен как ягненок. Эти мысли словно выплывают из пространства. Они вершат действие и снова исчезают, так и не раскрыв своего хозяина. Я уже начинаю подумывать: уж не ты ли сам совершаешь эти покушения?
— Я? Сам на себя? Тебе не кажется, что у тебя слишком богатая фантазия?
— Почему же, бывают ситуации, когда человеку выгодно имитировать покушение на свою жизнь. Я могу привести тебе не один пример.
— Допустим. Но что дает тебе повод подозревать именно меня?
— Ты единственный, чьи мысли я не могу читать свободно. Ты можешь экранировать их, и тогда я не знаю, о чем ты думаешь. Но сегодня я убедился, что эти покушения — не твоих рук дело.
— Каким образом?
— Рука, так мило добавившая в твой сок яд, была очень непохожа на твою огромную лапищу. Она была изящна и красива.
— Женщина?
— Необязательно. У многих таралов такие руки. И у Крима.
— Но ты же сказал, что он вне подозрения!
— Нет, я говорил иначе. Я сказал, что не уловил у него никаких помыслов против тебя. Но я не могу гарантировать, что все его мысли подконтрольны моему сознанию. Человек непознаваем. Даже мы, зрентшианцы, не все знаем о нем.
— Ладно, покончим с этим. Только почему ты не оставил яд для анализа? Это могло бы натолкнуть на след.
— Это экстракт из ядовитых морских медуз, изредка встречающихся в океане. Он убивает мгновенно.
Русий невольно сглотнул.
— Великолепное утро! Будь так любезен, Командор, предложи мне стакан неотравленного сока!
После исчезновения Горидора и бегства кемтянина Адрадос почувствовал себя совсем плохо. Мрачные предчувствия грызли его сердце и скатывались в бездну необъятного брюха. Кроме того, от жирной пищи у него расстроился желудок, и купец метался между покоями для гостей и отхожим местом. Ничего не подозревающие о терзаниях Адрадоса капитан и два матроса играли в кости.
Наконец распахнулись двери, и в проеме появилась фигура казначея. Но это был не казначей, не тот вчерашний согбенный шаркающий старикан в вытертом хитоне. Выпрямившись во весь огромный рост, на пороге стоял повелитель. Неведомые купцу одежды облегали его тело. Великий Белый Титан!
Словно уловив мысли купца, великан кивнул.
— Да, я Великий Белый Титан Атлантиды, и я пришел, чтобы расквитаться с тобой, купец, за твой обман!
Позади Командора появились еще несколько титанов, среди которых ахейцы сразу признали того молодого красавца, что вчера изображал из себя Великого Белого Титана. Он зловеще улыбался, набухая кровью свежий рубленый шрам.
— Но, мой повелитель, — Адрадос бухнулся на колени — я не обманул тебя!
— Тогда где же твой красный песок?
— Он в моем сундуке, в спальне моего дома. Там, где я указал!
— Мои люди были у тебя дома и не нашли там никакого красного песка!
— Зачем ты обманываешь меня, Великий Белый Титан — хитро прищурился купец, — твои люди не могли побывать там. Я не верю тебе.
— Ты сомневаешься в моих словах? Ты хочешь сказать, что я лгу?! — загремел голос Командора. Купец заюлил.
— Нет, я не говорил этого. Но, может быть, ты шутишь, разыгрываешь меня?
— Мраморные зубцы наших стен затмили твой убогий ум, купец! Ты помнишь сокровища своей жены?
— Конечно — угодливо улыбнулся Адрадос.
Командор сделал знак, и Юльм бросил купцу мешочек с драгоценностями. Купец был озадачен. Не обращая внимания на обступивших его моряков, он перебирал и перебирал драгоценности. Губы его безмолвно шевелились.
— Ну что, купец, похожи они на украшения твоей жены?
Чуть поколебавшись, купец решил обмануть:
— Нет, это не они.
— Ты уверен, купец?
— Они похожи, но это не они. Командор страшно рассмеялся.
— Я предвидел твой ответ, купец! Ты сам пожелал этого! Надеюсь, ты помнишь лицо своей жены?
— Конечно — начиная предчувствовать беду, ответил Адрадос.
— Тогда лови — крикнул Крим, бросая к ногам купца пластиковый мешок. Вслед полетели злорадные слова, — вытряхни это дерьмо на пол!
