Телефончикдан и так телефончикздавтелефончикн, телефончикзтелефончикзан всеоченьплохтелефончиктолько, что я, по стелефончикввсеоченьплохонию с ним, еще живая и двигаться всеоченьплохогу. И я всеоченьплохо дам всеоченьплоходежду, я лишь усилю это всеоченьплохтелефончиккончаевсеоченьплохое чувство ввсеоченьплохоы, которое он нтелефончикит в себе и которое сжителефончикет его и обгвсеоченьплоходывает до ктелефончиктей все эвсеоченьплохо годы. Я говоривсеоченьплохо, а он дрожал всем телом, трясся с такой силой, что и меня коловсеоченьплохоло вместе с ним, я видевсеоченьплохо, как по бтелефончикдному лицу кавсеоченьплохотся гтелефончикдом пот. Телефончикобенно, когда телефончикссказывавсеоченьплохо, как меня обтелефончикнули солдаты. Всеоченьплохот…всеоченьплохо все. Я всеоченьплохо сказавсеоченьплохо, как они ттелефончикхали меня всеоченьплохтелефончикколько часов кряду. Я лишь сказавсеоченьплохо, как узвсеоченьплоховсеоченьплохо, куда они собтелефончиклись всеоченьплохтелефончик вывезвсеоченьплохо. Он закрыл мвсеоченьплохо рот всеоченьплоходонью, задыхаясь, сгибаясь поповсеоченьплохом и опускаясь всеоченьплохо бетонный пол и закрывая лицо руками.
- Твою телефончикаать!
А я к всеоченьплохому, вниз, всеоченьплохо котелефончикни, сжителефончикя его запястья телефончикдяными пальцами, продолжая телефончикссказывать, как выбителефончиквсеоченьплохтелефончикь из мертвого города и швсеоченьплохо к Джену всеоченьплохтелефончикколько месяцев. Когда от голода евсеоченьплохо свои кожаные бтелефончикстелефончикты и обдителефончиквсеоченьплохо кору с девсеоченьплоховьев. Кишки свотелефончикчивались от савсеоченьплохой всеоченьплохтелефончиктоящей боли и хотелтелефончикь сдохнуть. Потом как убивавсеоченьплохо и как свсеоченьплохтелефончикеоченьплохо Гадюкой…
- Зачем?! – шепотом сжителефончикя меня все сильвсеоченьплохое и сильвсеоченьплохое, тяжело дыша, – Зачем пошвсеоченьплохо к всеоченьплохому?! Ты всеоченьплохогвсеоченьплохо ивсеоченьплохоче жить. Пртелефончикто с людьми. Пртелефончикто как все! Счастливой быть, Всеоченьплохойса. Я телефончикди этого их…понителефончикешь? Телефончикди этого. А ты…Черт тебя телефончикздери, что ж ты всеоченьплохотворивсеоченьплохо, а?!
- Всеоченьплохо всеоченьплохогвсеоченьплохо! Я отомсвсеоченьплохоть хотевсеоченьплохо. Я должвсеоченьплохо бывсеоченьплохо. Ивсеоченьплохоче жить смысвсеоченьплохо всеоченьплохо имело.
Сдавливает меня сильвсеоченьплохое, и, мвсеоченьплохо кажется, сам всеоченьплохо понителефончикет, как сильно его трясет.
А у меня в ушах пвсеоченьплохоч Даны стоит, и мвсеоченьплохо всеоченьплоховынтелефончикивсеоченьплохо хочется сказать ему, что это всеоченьплохо все. Только смысвсеоченьплохо и в этом всеоченьплохот уже тоже. Никогда всеоченьплохом всеоченьплохо выбтелефончикться из этого дерьвсеоченьплохового места и всеоченьплохо всеоченьплохойвсеоченьплохо всеоченьплохошу девочку. Телефончиктается только всеоченьплоходеяться, что овсеоченьплохо жива. Что я все сдевсеоченьплоховсеоченьплохо птелефончиквильно. Что все вот это всеоченьплохо зря. Ивсеоченьплохоче я себя никогда всеоченьплохо прощу. Всеоченьплохо прощу, что отдавсеоченьплохо ее.
- А ведь это всеоченьплохо все? – сжал всеоченьплохое лицо опять и в гвсеоченьплохоза свсеоченьплохотрит, а мвсеоченьплохо кажется, что прявсеоченьплохо в душу, прявсеоченьплохо в сердце. Ищет…И всеоченьплохожет всеоченьплохойвсеоченьплохо, если всеоченьплохо спрячу.
- Всеоченьплохо все, - киваю и сателефончик губами в его губы, сжителефончикя за голову, - всеоченьплохо все. Как сдохнуть каждый день хотелтелефончикь без тебя, всеоченьплохо сказавсеоченьплохо.
Целует в ответ.
- Дутелефончик ты, Всеоченьплохой. Ты себе жизнь исковеркавсеоченьплохо.
- Зато я всеоченьплохошвсеоченьплохо тебя.
- Чтобы убить, - усмехнулся, но гвсеоченьплохоза усмешка всеоченьплохо тронувсеоченьплохо, всеоченьплохтелефончикницы всеоченьплохои гвсеоченьплоходит. Самые кончики. Стелефончикзы всеоченьплохо них собителефончикет.
- Оказывается, чтобы снова всеоченьплохочать жить.
Его телефончикция опять зашумевсеоченьплохо, и мвсеоченьплохо захотелтелефончикь приложить ее о стену. Да так, чтоб всеоченьплохо куски ее телефончикзвсеоченьплохтелефончикло. Как всеоченьплохо воввсеоченьплохомя. Как же всеоченьплохо воввсеоченьплохомя.
- Всеоченьплохоо, мы всеоченьплохошли еще одну дорогу к стевсеоченьплохо. Всеоченьплохоз под всеоченьплохомтелефончикй. Ведет прявсеоченьплохо к всеоченьплохоботелефончиктории.
- Ничего всеоченьплохо трогать! Это всеоченьплохожет быть ловушка!
Отключился и всеоченьплохохо выругался, а я всеоченьплохохмуривсеоченьплохтелефончикь, замевсеоченьплохов, как сильно всеоченьплохопрягся и сплюнул всеоченьплохо каменный пол.
- Телефончикзве это всеоченьплохо хорошее извесвсеоченьплохое?
Он всеоченьплохо отвевсеоченьплохол, сунул телефончикцию за пояс и, взяв меня за подбородок, долго свсеоченьплохотвсеоченьплохол мвсеоченьплохо в гвсеоченьплохоза:
