Остров дальтоников полностью

Если саговники будят во мне представления о пышных лесах юрского периода, то при созерцании Psilotum перед моим мысленным взором возникают более древние видения. Я вижу голые скалы силурийского периода, предшествовавшего юрскому на двести пятьдесят миллионов лет, когда моря кишели гигантскими головоногими моллюсками, хищными рыбами, ракообразными и трилобитами, а суша, если не считать мхов и лишайников, была пуста и необитаема[100]. Псилофиты, снабженные, в отличие от водорослей, жестким и крепким стеблем, были среди первых растений-колонистов, населивших пустующие земли. В диораме «Появление жизни на суше», которую я очень любил в детстве, можно было видеть тяжело дышащих амфибий и двоякодышащих рыб, выползавших из первобытного океана и карабкавшихся на уже покрытые зеленью берега. Псилофиты и другие ранние наземные растения обеспечили появление почвы, влажности, зеленого ковра пастбищ, без которых на суше не смогло бы существовать ни одно животное.

Немного дальше я с удивлением увидел большую груду пустых кокосовых орехов. Дело в том, что поблизости не было ни одной кокосовой пальмы, только саговники и панданы. Должно быть, какие-то неопрятные туристы выпили содержимое орехов, а скорлупу бросили в лесу, подумалось мне; но на Роте практически не бывает туристов. Мне показалось странным, что чаморро, которые очень уважительно относятся к природе, могли здесь намусорить. «Что это? — спросил я у Томми. — Кто принес сюда эту скорлупу?»

— Крабы, — ответил он и, видя мое недоумение, пояснил: — Сюда приходили большие кокосовые крабы. Пальмы растут вон там, — он сделал жест в направлении берега. Отсюда до моря было несколько сотен ярдов. Там действительно виднелись верхушки кокосовых пальм. — Крабы знают, что им не дадут спокойно пообедать на берегу и поэтому приносят орехи в лес и здесь их едят[101].

В одной скорлупе я увидел огромное отверстие; она была расколота почти пополам.

— Наверное, это сделал очень большой краб, — заметил Томми, — настоящее чудовище! Охотники на крабов знают: если находишь такие скорлупки, значит, где-то неподалеку есть кокосовые крабы. Мы ищем их, а потом едим. Хотелось бы мне поймать краба, который это сделал! Кокосовые крабы любят и саговник. Поэтому, когда я иду за плодами саговника, обязательно беру с собой мешок на случай, если удастся поймать краба, — с этими словами Томми взмахнул мачете и принялся прорубать тропинку. — Это хорошо для саговников, будет больше места, где они смогут расти.

— Пощупайте эту шишку! — сказал Томми, когда мы подошли к большому мужскому растению. Я прикоснулся к шишке и с удивлением обнаружил, что она теплая. «Как печка, — сказал Томми. — Образование пыльцы дает тепло. Это особенно хорошо чувствуется вечером, когда становится прохладно».

Ботаники знают почти сто лет, а местные жители, собирающие саговниковые плоды, естественно, намного дольше, что шишки производят тепло, иногда на двадцать градусов превышающее температуру окружающего воздуха, когда начинается образование пыльцы. Зрелые шишки излучают тепло по несколько часов в день при расщеплении жиров и крахмала внутри чешуек. Специалисты считают, что тепло усиливает запах, привлекающий насекомых, которые переносят пыльцу на женские растения. Заинтригованный таким почти животным теплом, я импульсивно обнял шишку, и меня тотчас окутало непроницаемое облако пыльцы.

В книге «Полезные растения острова Гуам» Саффорд много пишет о Cycas circinalis — его роли в культуре чаморро, употреблении в пищу, но «главный интерес, — добавляет он (надо вспомнить, что здесь Саффорд выступает как ботаник), — заключается в его цветке и способе оплодотворения». В этом месте он уже не может сдержать восторга и волнения. Саффорд описывает, как пыльца садится на голые семяпочки и выпускает трубку, которую погружает в семяпочку. В трубке содержатся мужские половые клетки, сперматозоиды. Зрелые сперматозоиды саговника — самые большие из всех клеток такого рода в растительном и животном мире. «Они даже видимы невооруженным глазом». Дальше Саффорд пишет о том, как эти подвижные сперматозоиды, подталкивая себя ресничками, «проникают в яйцеклетку и полностью с ней сливаются: цитоплазма с цитоплазмой, ядро с ядром».