– Мне жаль, что ты столкнулась с бывшим мужем, – сказал Баррали Маре. – Это был удар ниже пояса.
– Я тебе так скажу: меня это не сильно удивило. Этого и следовало ожидать от такого мудака.
– Чем я могу вам помочь, девочки? Мне кажется, вы проделали образцовую работу.
– Есть одна вещь, которая не сходится, – сказала Мара.
– Послушаем.
– История у нас доходит до определенного момента. Потом что-то заклинивает, а именно в ночь
– Нам пришлось дважды допросить Нонниса, – продолжила Ева. – Мы обе поняли, что у этого ублюдка серьезные проблемы с управлением гневом, но он не убийца. Совсем нет. Мне ничего не стоило довести его до предела, и именно тогда я поняла, что он никогда не сможет совершить убийство. По крайней мере, не убийство Долорес, которое требовало хладнокровия.
– Если только он не распланировал все заранее до мельчайших деталей, в том числе и действия на случай непредвиденных обстоятельств, – предположил следователь.
Ева и Мара встретились взглядами, затем миланка внимательно посмотрела на кобальтово-синее море. Она поняла, что это был первый настоящий осенний день с тех пор, как она прибыла на остров. В небе сгущались грозовые тучи. Максимум через час начнется ливень.
– Нет, – сказала она, снова глядя на Баррали. – Мы думаем, что все было иначе.
– И как?
– Кто же это знает лучше тебя, Морено? – сказала Раис, и ее голос пульсировал от гнева.
– Валерио не убивал Долорес, – сказала Ева. – Это был ты.
– Как вы догадались? – только и вымолвил старый полицейский после нескольких минут молчания.
– Спроси ее, – сказала Мара. – Это была ее идея.
Баррали посмотрел на Еву и пожал плечами:
– Не хочешь доставить себе удовольствие и рассказать?
– Наша ошибка была в том, что мы не смогли выйти за пределы полицейского мышления. Самой большой заботой было найти веские доказательства для неопровержимого обвинения, и это ввело нас в заблуждение, не давая увидеть самую очевидную вещь в мире. Ошибка первостепенной важности… Но когда я отождествила себя с Ноннисом и задумалась, что бы я сделала на его месте с девушкой, находящейся в коме, с ее кровью в моей машине и на моей одежде, со всеми уликами, указывающими исключительно на меня, мне пришел на ум ты.
– Почему?
– Потому что правда никогда не бывает сложной. Она всегда предельно банальна, проста. И если б я была на месте профессора в той ситуации под воздействием адреналина и страха быть пойманным, мешающим мне думать, я бы сделала самую простую вещь в мире: попросила о помощи.
– А у кого, как не у дорогого друга-полицейского? – продолжила Раис.
– Ты единственный, кто мог помочь ему выбраться из той ситуации.
– На всякий случай я попросила у Маццотты разрешения изучить телефонные записи твоего сотового телефона. В глубине души я надеялась, что ошиблась.
– Но она не ошиблась, – сказала Раис. – Проанализировав журнал звонков, мы обнаружили, что в ночь перед убийством тебе звонили с неизвестного номера. Ты выехал и добрался до убежища Нонниса в Джерджеи, куда он привез девушку.
– Геолокация твоих перемещений не лжет, Морено, – сказала Мара. – А также несколько отпечатков на поверхностях, которые криминалисты признали твоими.
Баррали ничего не сказал, и на мгновение инспекторы подумали, что он отвлекся.
– Продолжай, – сказал Морено, поворачиваясь к Еве.
– Мы не можем знать, что именно произошло той ночью и что вы сказали друг другу. Думаем, что, поняв, что ничем больше нельзя помочь девушке, ты предложил инсценировать убийство, переложив вину на Мелиса, чтобы отвлечь расследование, – сказала Ева.
– Когда Кроче намекнула мне на тебя еще до того, как у меня были распечатки, я сказала ей, что она сошла с ума. Тогда, чтобы убедить меня, она рассказала мне про ноябрь шестьдесят первого… Отсюда довольно просто вычленить мотив: инсценируя ритуальное убийство в Серри в стиле давних преступлений, ты думал, что привлечешь к тем делам внимание: твоя давняя навязчивая идея. Свежая кровь, чтобы искупить старое расследование, теперь всеми забытое.
– Ты понимал, что мы не сможем вести твои дела самостоятельно, поэтому помогал, выразимся так, – сказала Ева.
– Одним махом ты вытащил Нонниса из дерьма и снова привлек внимание к ритуальным преступлениям, – сообщила Раис. – Мастерский ход.
– Мы почти уверены, что это ты сливал информацию СМИ. Это так? – спросила Кроче.
Баррали кивнул.
– Ты знал, что разум тебя подводит и что это, возможно, твой последний шанс возобновить дело, или я ошибаюсь? – спросила Раис.
– Нет, Мара. Ты не ошибаешься, – признал Морено.
– Думаю, Грация ничего об этом не знает, – сказала Ева.
– Правильно думаешь. Она ни при чем. Не втягивайте ее в эту историю.
