– Я понял, – сказал Воловик. – Сейчас будет разборка. Дельфины и котики враждуют. Точно вам говорю. Тот, первый, охранял свою территорию, куда мы без спросу вперлись. Он позвал корешей, они стали нас пасти. А мы привели их на территорию котиков, и вон тот радист собирает кодлу для разборки с дельфинами. Если они начнут драться в воде – нам каюк, точнее, каяку – каюк. На сушу, ясное дело, дельфины не полезут. Сейчас морские котики соберут ударную группу – и пойдут прогонять чужаков. Надо бы где-то причалить, до того как они затеют драку.
– Греби вон туда! – скомандовал Пошта, указывая на высокое цилиндрическое здание. – Там отсидимся.
На самом деле, выбор здания был не случаен – листоноша заприметил торчащие из окна железные балки, больше всего похожие на направляющие для спуска на воду крупного судна. А какое судно будут хранить на суше? Правильно, батискаф.
Но планам этим было не суждено осуществиться. На фоне курлыканья морских котиков и плеска воды под плавниками дельфинов, визгливо верещащих в преддверии большой драки, раздался звук, который менее всего ожидали услышать члены отряда Пошты на заброшенной биостанции.
Звук мотора. Точнее даже – рев лодочного двигателя.
Вспенив воду, наперерез утлому каяку из-за ближайшего дома, заросшего плющом по самую крышу, выскочил катер – обычный научно-исследовательский катерок, коих на биостанции было множество (Воловик выбрал каяк, потому что бензина-то все равно не было). Этот конкретный катер отличался от остальных тем, что на станине у него был закреплен крупнокалиберный пулемет, а из всех иллюминаторов и даже шпигатов торчали стволы автоматов и дробовиков.
На палубе же, на самом носу, сидел Сургуч со снайперской винтовкой наперевес, окруженный десятком тяжеловооруженных пиратов. На корме, за штурвалом, возвышался никто иной, как сам Рыжехвост.
– Твою мать, – пробормотал Пошта. – Так вот кто предатель… А я-то, дурак, думал – тайный агент Филателиста…
– Вот кто за нами по горам брел, – проворчал Зиняк. – Пиратское отродье. Ненавижу, – добавил он со всей искренностью честного моряка.
– Они же, видимо, и Костю похитили, – предположил Кайсанбек Аланович.
Катер сбросил скорость и неторопливо подплыл поближе. Пираты приготовили абордажные крючья.
– Листоноши, сдавайтесь! – рявкнул в мегафон Рыжехвост.
– Листоноши не сдаются! – крикнул в ответ Пошта, глядя в подлое лицо Сургуча. – Тебе ли этого не знать, предатель!
– Моряки Черноморского флота тоже! – добавил Воловик, передергивая затвор «калаша».
– А сейчас нас потопят, – тихонько проговорил профессор.
– Нет, – уголком рта прошептал Пошта. – Мы им нужны живыми.
– Сдавайтесь! – упрямо повторил Рыжехвост и, бросив мегафон, самолично начал раскручивать над головой абордажный крюк на длинной цепи.
И именно в эту секунду, когда численность встревоженных морских котиков достигла критической, они один за другим начали грациозно соскальзывать в воду, где их уже поджидали взбудораженные дельфины.
Вода закипела. Начался подводный бой. Чья-то массивная туша – не разберешь чья, то ли дельфина, то ли бронированного котика – ударила в дно каяка, тот встал на дыбы, и отряд Пошты в полном составе полетел в воду.
Вода на затопленных улицах биостанции была аномально прозрачной, как дистиллированная. Сверху – слой ряски и водорослей, а под ней – идеальная жидкость, чистая, с прекрасной видимостью метров этак на пятьдесят.
Поэтому Пошта, задержав дыхание – а листоноши умели это делать аж на десять минут, правда, перед этим надо было как следует продышаться, помедитировать, но и быстрого вдоха при их метаболизме хватало минут на пять-шесть активной деятельности – очень хорошо видел, что происходит под водой.
А происходила там кровопролитная схватка между морскими котиками и дельфинами. Дельфины нападали стаями, окружали врага и рвали на части своими острейшими зубами. Котики же, будучи индивидуалистами, предпочитали убегать, вытягивая преследователей по одному, били их хвостом с разворота и таранили головой, при этом антенна на шлеме каждого морского котика служила своеобразным штыком.
Вскоре прозрачная вода, взбаламученная сверху гребными винтами пиратского катера, окрасилась в бледно-розовый цвет.
Сквозь эту розовую дымку Пошта разглядел, как матрос Воловик оплывает днище пиратского катера, держась подальше от винта и выискивая способ забраться наверх – единственное, что можно попытаться сделать, когда ты в воде, а противники – нет. Мичман же Зиняк держал под мышки профессора Кайсанбека Алановича, помогая тому периодически всплывать и жадно хватать воздух перед следующим погружением.
Еще Пошта увидел, как бурлит поверхность воды – очень красивое зрелище, если смотреть снизу. Сначала ему показалось, что внезапно пошел дождь; потом дошло, что дождь был свинцовый – пираты открыли огонь, разнеся в щепки каяк и пытаясь достать отряд листоноши.
