– Защитники… – заключила она, заметив опознавательные знаки на гравициклах, – и кого же вы ждете? – Она перевела взгляд на тоннель, из которого доносились звуки тяжелого дыхания и бега.
Две кровавые луны застыли над поляной, а их алые лучи падали на хопеши за спиной Ран, предчувствуя бой.
Имэнири сильно оторвался от преследователей, перед глазами стояла кровавая пелена – один из выпущенных хранителями шаров угодил в свод, и разлетевшиеся по сторонам осколки камней порезали ему лоб, щеки, рассекли бровь. Из неглубоких ран на шее и спине все еще сочилась кровь, руки и ноги покрывали свежие ссадины и царапины. Бег в темноте по узкому и невысокому коридору не прошел незаметным. Дыхание у Равэ то и дело сбивалось, ему безумно хотелось пить. Слабое освещение зеленых кристаллов осталось далеко позади, но глаза уже адаптировались к абсолютному мраку. Он вдруг почуял новый запах, какое-то растение или даже сухая трава. Выход был близко, а враги дышали в затылок, продолжая выпускать в жертву заряды, правда, отчего-то постоянно промахивались. То и дело пригибаясь, уворачиваясь от осыпающихся камней, Равэ не сразу понял, что дорога пошла резко в гору. Путь явно вел на поверхность. Бесконечно убегать он не собирался, нужно было где-то затаиться и перевести дух. Он не знал, сколько прошло времени, но очень скоро в лицо ударил свежий и прохладный ветер. Пахло сухими листьями, травой и еще тьмой. Это была знакомая вонь от смердящих порождений акхэи, с которыми Имэ часто сталкивался в ночной пустоши. Бывший защитник прибавил скорости и почувствовал, как каменная тропа сменилась мягкой, сырой землей. Он выбежал в темноту марсианской ночи. Не успел он оглядеться по сторонам, как впереди внезапно зажглись яркие, словно прожектора, огни гравициклов. От яркого света глаза защипало. Жмурясь, отворачиваясь и прикрывая глаза рукой, Равэ хотел уйти в сторону, но от сильного удара чем-то тупым в спину, прямо между лопаток, отшатнулся и присел на одно колено. Нападавших было двое, он слышал их шаги. Враги приближались. Имэ потихоньку открывал глаза, но все еще ничего не видел. Вслепую он рыскал руками по черной земле в поисках хоть чего-нибудь, что могло быть оружием.
Лирэн и Айк одновременно хищно усмехнулись, раскрывая этахи и приводя их в полную боевую готовность. Медленно они приближались к добыче, все никак не решаясь напасть. Равэ набрал в руки две горсти земли и устало встал на ноги, выпрямляясь во весь свой исполинский рост.
Эваларин с любопытством наблюдала за происходящим. Заметив, как один из защитников трусливо ударил беглеца в спину, она недовольно фыркнула. Из тоннеля подтягивались еще трое. Девушка покачала головой, пнув мелкие камни, и те едва слышно покатились вниз.
– Пятеро против одного безоружного, – цокнула Ран языком, медленно разворачиваясь. – Как же это в твоем духе, братик. Воинов растишь по себе.
Фобос светил ярче, и его алый луч коснулся лица Имэнири, освещая и его душу. Эвала замерла на месте, всматриваясь в невиданную ранее душу. Нахмурив брови, она сделала шаг вперед, чувствуя, как душа Странника внутри нее рвется наружу.
– …Ихэй де Крик… – прошептала она, всматриваясь в незнакомца, – выжил все-таки… – Ее губ коснулась полуулыбка. В этот момент трое за спиной Равэ обнажили серебряные этахи, беря его в кольцо. – Что ж, – она наклонила голову сначала влево, затем вправо, – за мной должок. Пришло время его вернуть.
Оттолкнувшись, Ран сделала пару оборотов в воздухе, прежде чем бесшумно приземлилась за спинами хранителей, как раз рядом с гравициклами. Пара нажатий на кнопки, и весь свет погас. Теперь только Фобос и Деймос освещали небольшую поляну. Все начали озираться по сторонам, почувствовав неладное. Над Бэ Хала пронесся рев чудовищ, и серые призраки взмыли в небо, предвкушая скорое пиршество на трупах убитых. Внезапно налетевший ветер яростно теребил ее собранные в высокий хвост белоснежные волосы. Оскалившись, она обнажила хопеши и издала звук, похожий на рычание. Отразившиеся в лезвиях Фобос и Деймос зло сверкнули.
– Какого черта? – тихо спросил Айк, косясь на Лирэна, замершего на месте. – Это еще кто? – Чем больше он вглядывался в темный силуэт и поблескивающие изумрудные глаза, тем тяжелей становилось дышать. На краткий миг ему показалось, что перед ними призрак самого Сета Первого.
– Эваларин? – вышел вперед один из воинов Мастера, поморщившись.
Ран медленно встала в боевую стойку, заводя правую руку за спину, а левую вытягивая вперед. Око Ра на ее шее сияло золотом, и тем, кто смотрел на него, казалось, что взгляд был осуждающим и наполненным гневом.
Имэнири услышал знакомое имя и поднял голову, всматриваясь в темноту, он выискивал принцессу. Взгляд остановился на едва различимом силуэте, неподвижно наблюдавшем за хранителями. Но поразило его не это, а душа астери, что стояла за спиной Храмовника. Те же доспехи, те же волосы, глаза и очень острые обнаженные когти, отливающие серебром. От души исходил морозный дымок, а земля под ногами Эваларин покрывалась инеем. Имэ смотрел и не мог поверить.
