Ледяная вода обжигала кожу, и свежие раны Имэнири нещадно щипало. Первые пятьдесят метров коридор отчетливо просматривался, но дальше он скрылся в бело-серой пелене, похожей на толстый слой ила. Сквозь него к чистой воде пробирались фиолетовые подводные цветки ри́нри. На тонких стебельках красовался пышный бутон с пятью лепестками и изумрудной сердцевиной. Когда-то из них делали сладкое лакомство, но сейчас найти их было практически невозможно. Местами белый ил сменялся цветочными полянами, где ринри мирно раскачивались, купаясь и наслаждаясь холодными течениями. После еще сорока метров пропал и потолок над головами странников, стены исчезали, открывая путь в просторную галерею. Где-то высоко местами просматривались основания произрастающих из породы островерхих скал Бэ Хала. Плывущая впереди Эваларин остановилась и, обернувшись на Имэ, указала пальцем наверх, где зловеще поблескивали ледяные сталактиты. Равэ кивнул и посмотрел вниз. Поблескивающие осколки говорили о том, что эти природные копья часто тут падают. Глянув вдаль, мужчина понял, что плыть под этой бомбой замедленного действия им придется достаточно долго. Ран перевернулась на спину и продолжила движение, наблюдая за своим отражением в серебристых сталактитах. Воздуха им хватит еще минут на двадцать. Она ловила себя на мысли, что отчего-то не испытывает холода, а даже наслаждается купанием в этой странной воде. Эвала водила руками по ледяной глади, прислушиваясь к ее приятному переливчатому звуку, похожему на пение. Спустившись ниже, она провела рукой по ковру из цветков. Из них тут же выделилась зеленая пыльца и, подхваченная потоком, понеслась дальше по течению. Не прошло и пяти минут, как оба путника почувствовали сотрясение земли, что-то произошло на поверхности, и от этого три сталактита в разных местах зала надломились и обрушились вниз. Равэ быстро нагнал Эваларин и жестом предложил поторопиться, указывая на маску. Запаса воздуха оставалось мало, а выхода по-прежнему не было видно. Впереди они заметили развилку – два пути уходили в две разные стороны. Девушка подплыла к правому пути, всматриваясь в темный коридор, левый же был освещен синеватым светом. Имэнири в душе надеялся на освещенный путь, но прекрасно знал, что выберет принцесса.
«Светлый путь, – подумала Эвала, – еще не означает путь к выходу». Присмотревшись к густому полумраку впереди, она заметила, как там нечто едва заметно сверкнуло.
У них было всего десять минут и еще две-три без масок. Она сделала выбор и быстро поплыла вперед. Имэ поплыл следом, но постоянно оглядывался. У него появилось странное ощущение, что за ними кто-то наблюдает и у этого кого-то недобрые намерения. Тоннель был узким и с каждым метром становился все уже. Ран вела рукой по гладким, ребристым стенам, прислушиваясь к окружающему пространству, как вдруг до них донесся яростный рев неизвестного существа. Затем все подводное пространство содрогнулось от мощной ударной волны. За спиной вдалеке обрушилось несколько сталактитов, срезав лиловые цветки. Взметнувшиеся вверх лепестки разлетелись по сторонам, как от взрыва.
