Я хмуро смотрела им в спины, пока они пробирались сквозь толпу, и Эдди заставил меня повернуть в другую сторону, когда повел к грузовику Фокса. Я свистнула Дворняге, и он подскочил, прыгая мне на руки и с облегчением глядя на меня. Я была почти уверена, что вечеринки — не его стихия.
Я позволила ему подталкивать себя, пока мы не скрылись из виду, а затем резко развернулась, заставив его убрать руки и мило посмотрев на него снизу вверх.
— Мне нужно пописать, — сказала я самым невинным голосом. Честно говоря, сейчас я выглядела практически святой. Наверное, вокруг моей головы светился нимб и все такое.
— Потерпишь, — проворчал он.
— Грубо, — ответила я. — И нет. У меня слабый контроль над мочевым пузырем, и я не смогу терпеть. Фокс не захочет, чтобы я описалась в его грузовике. А если я это сделаю, то вся вина ляжет на тебя, парень.
Эдди сердито посмотрел на меня, а затем бросил на Бассета взгляд, на который тот ответил пожатием плеч.
— Смотри, вон комната для девочек. Я войду и выйду в мгновение ока, — сказала я, указывая через тускло освещенную комнату за вращающиеся бедра мужчины в розовом комбинезоне из латекса. Он выкладывался по полной, и я немного позавидовала его движениям.
— У тебя две минуты, — прорычал Эдди, подталкивая меня к ванной и заслужив этим недовольное рычание Дворняги, который все еще уютно сидел в моих объятиях.
Я отскочила от него и поспешила через комнату, протискиваясь к уборной и обходя очередь женщин, ожидающих возможности пописать, а затем дверь между мной и моими телохранителями захлопнулась.
— Не обращайте на меня внимания, — сказала я остальным девушкам, обходя их и поглядывая на туалетные кабинки без дверей, в которых нюхали вещества, одна девушка отлизывала другой, а одна женщина просто бесстыдно гадила. Когда тебе нужно посрать, ты должен посрать, — подумала я.
Я проскользнула мимо них всех, улыбнулась женщинам, которые подкрашивали губы перед мутным зеркалом над раковинами, и ухмыльнулась, обнаружив то, на что надеялась, — окно.
Я запрыгнула на раковину под ним и широко отодвинула темное стекло, но мои брови в замешательстве изогнулись, когда я обнаружила за ним пустой коридор вместо выхода наружу. Тем не менее, этот путь вел в противоположном направлении от двух мудаков, которых Фокс оставил нянчиться со мной, так что я собиралась воспользоваться им.
Я крепко зажала Дворнягу под мышкой, затем высунул ногу из окна, прежде чем сумела протиснуть свою задницу внутрь и спрыгнуть с другой стороны.
Дворняга извивался в моих объятиях, поэтому я поставила его на маленькие лапки, и он взволнованно тявкнул, прежде чем повернуться налево и умчаться прочь. Я собирался выбрать правый поворот, но я доверяла ему, поэтому последовала за ним.
Он вел меня вперед, пока мы не достигли лестницы, которая исчезала внизу, в темном пространстве, откуда до меня донесся тяжелый рокот глубокого баса.
Позади меня раздались сердитые крики, так что, я перешла на бег и последовала за Дворнягой вниз, в подземелье — я имею в виду подвал, но он полностью соответствовал атмосфере подземелья.
У подножия лестницы распахнулись двойные двери, и я резко втянула воздух, когда оттуда шагнула женщина в латексном костюме на все тело. Она вздрогнула, заметив меня, а затем покачала головой, словно я ее раздражала.
— Поторопись, шоу вот-вот начнется. — Она указала себе за спину, и я быстро вбежала в дверь, а Дворняга последовал за мной, обнаружив за ней коридор с рядом закрытых дверей по обе стороны от него.
— Сюда, — позвал какой-то чувак, бросив на меня нетерпеливый взгляд, пока придерживал для меня дверь на полпути по коридору, и я подбежала к нему, когда звуки погони Бассета и Эдди приближались ко мне снаружи.
Я проскользнула в темную комнату, освещенную лишь несколькими темно-фиолетовыми стробоскопами, и парень направил меня к единственному свободному креслу из шести, все они стояли вокруг небольшой сцены, на которой спиной ко мне стоял мужчина. Было слишком темно, чтобы я могла разглядеть его, кроме того, что на нем была какая-то огромная маска, но я сосредоточилась на том, чтобы усадить свою задницу в кресло, потому что мужчины и женщины, расположившиеся на других местах, казалось, ждали меня.
Дворняга юркнул под мое сиденье, а чувак, который держал дверь, двинулся ко мне, толкая маленькую тележку.
— Шоу стоит ровно сотню, — сказал он мне тихим голосом. — Каждый «сплош» (Прим.: Практика связанная с покрытием тел участников чем-то из списка, который включает: краску, шоколадный соус и сливки. Эти предметы создают атмосферу веселья и вызывают интерес, хотя их использование может иметь провокационный контекст.), в котором ты участвуешь, — это дополнительная двадцатка, если ты им брызгаешь, и полтенник, если наносишь его руками. Поняла?
Я приоткрыла рот, чтобы спросить, что это за «сплош», но он уже поспешил прочь, и я осталась осматривать содержимое тележки, которую он оставил передо мной.
