— Да. Скоро увидимся. Я распоряжусь приготовить чай. — Он повесил трубку, и я закатил глаза, возвращаясь в дом и засовывая телефон в карман джинсов. Я вернулся на кухню и обнаружил, что Лютер ушел, а Джей-Джей смотрит на меня расширенными глазами.
— Что-нибудь есть? — спросил он.
— Да, одевайся, мы выходим через две минуты, — приказал я, и он вскочил, как будто его задница горела, и побежал в сторону прачечной.
Дворняга взволнованно залаял, и я схватил пакет с куриными лакомствами из буфета, бросив ему одно, прежде чем сунуть пакет в карман и взять его на руки. С тех пор как Роуг исчезла, я никуда не выходил без этой собаки. Если Чейз был прав, и она попытается вернуться за ним, то, когда она придет на поиски, он будет постоянно приклеен к моему боку.
Дворняга лизнул мои пальцы, — его привязанность ко мне была официально куплена курицей, — и я направился в гараж как раз в тот момент, когда Джей-Джей снова появился в джинсах и ярко-синей майке. Мы поспешили вниз к моему грузовику, я посадил Дворнягу на колени Джей-Джею, завел двигатель, и мы выехали с территории на дорогу. Машины Лютера не было, поэтому я предположил, что он направился обратно в «Оазис» — официальный клубный дом «Арлекинов», где он всегда останавливался во время своих визитов.
Я помчался в хозяйственный магазин в нескольких улицах отсюда, а затем отправил Джей-Джея внутрь с инструкциями купить два галлона белой краски. Когда он вернулся, я вывез нас из города, проезжая мимо первого из огромных домов, выстроившихся вдоль набережной в этом направлении, а мое сердце бешено колотилось, пока я пересказывал Джей-Джею то, что сказал Сейнт.
Мне не нравилось быть чьим-то гребаным лакеем, но я сделаю все, чтобы заполучить эту запись сегодня. Это была чертова редкость, когда сам король «Арлекинов» выполнял чьи-либо поручения, но Сейнт Мемфис оказался парнем, который получал от людей именно то, что хотел. Ему просто нужно было понять, что со мной не стоит связываться.
Лучше бы эта видеозапись стала ключом к поиску моей девушки, иначе он пожалеет, что заставил меня бегать за ним, как дрессированную собачонку.
Мы ехали по тихим улочкам, где дорога спускалась со скал к полосе чистого белого песка. Массивные дома стояли вдоль живописной местности, становясь все больше и больше, и вскоре я остановился между двумя огромными домами с воротами, один из которых находился на берегу, а другой — напротив него, с отвратительной фреской на стене, изображающей два гигантских пляжных мяча.
Джей-Джей тихо присвистнул. — Ну, это действительно уродливая картина, — сказал он, распахивая дверь и хватая одно из ведер с краской. Я поднял второе, и Дворняга выскочил вслед за мной, когда я вышел из грузовика и уставился на огромный дом с белыми стенами, внутри которого могли бы уместиться три «Дома-Арлекинов». Мы зашагали к нему, пока солнце палило прямо на нас, и я небрежно нажал на звонок у ворот, пока Джей-Джей открывал свое ведро с краской.
— Алло? — резко ответил мужчина. — Это ты, Рауль? Ты должен был быть здесь пятнадцать минут назад. Мне придется найти нового садовника, если такое поведение продолжится.
— Это не Рауль, — сухо сказал я, открывая свое собственное ведро с краской. — Это Фокс Арлекин.
Тишина. Прекрасная, испуганная тишина.
— П-простите? Что это, шутка? — пробормотал он, заикаясь.
— Та, которая не смешная, — просто ответил я, отступая назад, чтобы он мог как следует разглядеть меня в камере.
— Ч-что вам нужно? — требовательно спросил он. — Я вызову полицию.
— Вперед, — сказал я с ухмылкой. — Но большинство из них у меня в кармане, и ты действительно хочешь рискнуть вывести меня из себя? Если мне придется вернуться во второй раз, я не буду в таком дружелюбном настроении.
— Вы здесь, чтобы ограбить меня? — нервно спросил он. — Я не держу наличные в доме. И вы все равно ни за что не попадете внутрь, там…
— Если ты закроешь свой рот, я перейду к делу, — прорычал я, и он смертельно затих. Я указал на фреску на его стене. — Эта фреска уродлива, как грех. Она оскорбляет мои глаза. А когда оскорбляют мои глаза, я наношу удар ножом. — Я подошел ближе к интеркому, говоря прямо в него. — Ты же не хочешь, чтобы тебя пырнули ножом, приятель?
— Н-нет, — прохрипел он. — Но я… уверяю вас, картина совершенно уникальна. Я уважаемый художник, у меня есть дипломы!
— Похоже, тебе пора вернуть деньги за эти дипломы, чувак, — крикнул Джей-Джей, стоя перед фреской и обливая ее белой краской.
— Мои мячи! — выдохнул мужчина. — Прекратите размазывать это по моим прекрасным мячам!
Я снял с пояса нож и позволил солнцу блеснуть на лезвии, пока ковырял им кутикулы.
— Л-ладно, может быть, картина слишком яркая для этого места, — пошел на попятную мужчина.
— Я тоже так подумал, — согласился я, убирая нож обратно и подходя, чтобы присоединиться к Джей-Джею. Дворняга тявкнул, когда я открыл ведро с краской и вылил ее на уродливые мячи, скрыв яркие полосы на них. Когда на стене не осталось ни пятнышка краски, я кивнул Джей-Джею, и он ухмыльнулся мне, вытирая испачканные краской руки о джинсы.
