— Да ладно, сколько из них выкрикивали твое имя прошлой ночью? — Фокс надавил на него, посмеиваясь, когда начал помогать мне накладывать еду на тарелку. Я была почти уверена, что единственная причина, по которой я вообще двигалась, заключалась в том, что рука Фокса крепко сжимала мой кулак, направляя лопаточку, потому что без него я бы замерла как вкопанная.
— Тогда давай посмотрим на всю эту зелень, — добавил Чейз, набросившись на Джей-Джея, который попытался увернуться от него, а затем вытащил из кармана пачку наличных и с тихим присвистом бросил их на столешницу. — Черт, это же должно быть как минимум пять клиенток, верно? Как, черт возьми, тебе удается так быстро возбуждаться для всех них? Ты, наверное, используешь виагру, да?
— Не-а, — ответил Фокс прежде, чем Джей-Джей успел это сделать. — Он просто похотливый ублюдок. Любая дырочка — это цель для тебя, не так ли, Джей? Ты трахнешь любую женщину, которая окажется слишком близко и останется на достаточно долго.
— За соответствующую цену, — добавил Чейз, и они вдвоем громко рассмеялись, в то время как я немного обмерла внутри.
Не то чтобы я имела что-то против секс-бизнеса, но с тех пор, как мы были вместе, я догадывалась, что обманывала себя, думая, что это могло что-то значить для него. Возможно, в конце концов, я просто была ближайшей дырочкой. Он явно не прекращал работать, пока я отсутствовала. Конечно, я наслаждалась теплом постели Маверика, пока меня не было, но это было совсем другое. Во-первых, я думала, что Джей-Джей бросил меня на том пароме, а во-вторых, ну… это был Рик. Он значил для меня так же много, как и Джей-Джей, и, возможно, это было неправильно, но, когда дело касалось нас пятерых, обычные правила просто не действовали.
Фокс подтолкнул меня, чтобы я пошла и села за стол со своей едой, и я оказалась прямо рядом с Джей-Джеем, а от его кожи исходил запах латекса и секса.
— Доброе утро, красотка, — сказал он мне тихим голосом, пытаясь поймать мой взгляд, но я просто кивнула, не в силах смотреть на него и вместо этого сосредоточившись на своей еде. Не то чтобы у меня теперь был хоть какой-то аппетит.
— Откуда перо, чувак? — Спросил Чейз. — Ты опять занимаешься фетишизмом?
— Э-э, да, — ответил Джей-Джей, его взгляд по-прежнему прожигал мою макушку, а я просто смотрела на совершенно неаппетитные на вид блинчики.
Звук открывающейся входной двери прервал нас, и внезапно все трое вскочили на ноги, паника окутала воздух и заставила меня в испуге поднять глаза.
— Что… — начала я, но Джей-Джей выдернул меня с моего места и зажал мне рот рукой, когда до нас донесся звук закрывающейся входной двери.
Меня оторвали от пола, и Джей-Джей бросился бежать, рывком распахнув дверь в подвал и втолкнув меня внутрь с диким выражением в глазах. Мои губы приоткрылись, когда я споткнулась и чуть не упала с чертовой лестницы, но Джей-Джей поддержал меня, а его рука все еще крепко зажимала мой рот. Дворняга влетел вслед за нами, низко рыча на Джей-Джея за грубое обращение, пока я пыталась понять, что, блядь, происходит.
— Я чувствую запах блинчиков? — От голоса Лютера Арлекина у меня перехватило дыхание и лед заструился по венам, а испуганный взгляд Джей-Джея внезапно обрел смысл.
Он медленно отпустил меня, когда в ответ раздался голос Фокса, отвечающего своему отцу, и Чейз поприветствовал человека, который пообещал мне смерть, если он когда-нибудь снова увидит меня.
Джей-Джей прижал палец к моим губам, когда отпустил меня, и я кивнула, потому что я не была гребаной дурой. У меня не было желания умереть, и я не собиралась выдавать себя.
Джей-Джей попятился, тепло его кожи исчезло с моей, оставив меня похолодевшей, а страх в его медово-карих глазах парализовал меня, когда дверь между нами закрылась.
Я застыла там, в темноте, с бешено колотящимся сердцем и страхом, распространяющимся по моему телу, как яд. Я могла быть ходячей мертвой девушкой, но это не продлилось бы ни секунды дольше, если бы Лютер Арлекин меня заметил. Моя смерть сидела и завтракала в соседней комнате, и если я хотела продолжать влачить свое жалкое существование, мне нужно было молиться, чтобы он не догадался, что я здесь.
Мое сердце колотилось как сумасшедшее, когда Лютер сел за стол для завтрака, а Джей-Джей вернулся в комнату и обменялся с нами взглядом. Остальные быстро привели в порядок выражение своих лиц, завязав вежливую светскую беседу с моим отцом, пока я мыл посуду, которой пользовался.
Жар обжег мне затылок, когда я попытался сосредоточиться на том, что делаю, но все, о чем я мог думать, это о том, как близко Роуг только что была к поимке. Это дерьмо было слишком опасным. Я должен был заранее знать о передвижениях Лютера.
