В книге известного полярного исследователя Г. А. Ушакова, написанной на основе дневниковых записей, отражены первые годы (1927–1929) освоения острова Врангеля. Это рассказ о первых поселенцах острова, о мужественных людях, сознательно избравших трудную судьбу первопроходцев.Книга содержит сведения о природе острова Врангеля, о быте и культуре эскимосов в первые годы Советской власти, о их приобщении к новой жизни.
Перепечатано с издания: Г. А. Ушаков. Остров метелей. Л.: Гидрометеоиздат, 1972.
В подготовке материалов рукописи к изданию принимали участие М. А. БОГУСЛАВСКАЯ, жена автора — И. А. УШАКОВА, доктор исторических наук И. С. ВДОВИН и доктор биологических наук С. М. УСПЕНСКИЙ. Консультант доктор филологических наук Г. А. МЕНОВЩИКОВ
В августе 1926 года 59 человек, в основном эскимосы, высадились на острове Врангеля, чтобы закрепить эту землю за Страной Советов. Возглавлял экспедицию Г. А. Ушаков, тогда совсем еще молодой человек, а впоследствии всемирно известный полярный исследователь. Во время пребывания на острове Врангеля Г. А. Ушаков составил первую его карту и собрал обширные материалы о его природе. Чуть позже он возглавил экспедицию на Северную Землю, которая обследовала этот архипелаг и составила карту, стершую большое «белое пятно» на карте мира. Почти вся жизнь Г. А. Ушакова была связана с Арктикой. Но начиналось все с острова Врангеля.
Три долгих года провел Ушаков на острове Врангеля, делил с первыми его поселенцами горе и радость, тяготы и испытания, сопровождавшие каждый шаг первопроходцев, обживавших эту суровую землю.
Рукопись «Остров метелей», почти завершенная, лежала на письменном столе Георгия Алексеевича в тот декабрьский день 1963 года, когда жизнь его оборвалась. Издание этой книги — не только долг перед памятью ее автора, но и долг перед историей Советской Арктики, одна из славных страниц которой до сих пор оставалась незаполненной.
Сгущающиеся сумерки и плотный туман окутывают город. Между складами и стоящим у причала «Ставрополем» плотная толпа. Это родные и друзья пришли проводить уходящих сегодня, 15 июля 1926 года, в далекое плавание участников Дальневосточной полярной экспедиции.
К 8 часам вечера все грузы приняты. Наконец портовые формальности окончены. Крепко жмем руки друзей, и катер «Люнет» выводит «Ставрополь» на буксире на рейд. Медленно растет расстояние между берегом и пароходом. Там притихшая толпа провожающих, а здесь кучка людей, которым предстоит борьба с суровой полярной природой. Что их ждет? Когда и кому будут они снова жать руки? И будут ли?
«Отдать буксир!»— слышится с капитанского мостика, и «Люнет» быстро отделяется. «Ставрополь» режет пенящиеся волны. Четко работает машина.
— Полный вперед! В Арктику!
9 марта 1823 года русский путешественник лейтенант флота Фердинанд Петрович Врангель, сидя в дымной палатке на мысе Шелагском, угощал одного из чукотских старшин-камакаев, а заодно расспрашивал его о том, не существует ли какой-нибудь земли к северу от чукотских берегов.
Камакай — хороший знаток своего края — ответил ему: «Между мысами Езрри (Шелагским. — Г. У.) и Ир-Кайпио (Шмидта. — Г. У.) близ устья одной речки с невысоких прибрежных скал в ясные дни бывают видны на севере, за морем, высокие, снегом покрытые горы; зимой, однако ж, их не видно. В прежние годы приходили с моря, — вероятно, оттуда, — "большие стада оленей, но, преследуемые чукчами и истребляемые волками, теперь они не показываются".
Таковы были первые сведения, полученные Ф. П. Врангелем во время его экспедиции по северным берегам Сибири и Ледовитому океану, об острове, которому впоследствии было присвоено его имя. Самому Врангелю не удалось ни посетить, ни даже увидеть таинственную землю: его героические попытки пробраться к острову по льду на санях с мыса Якан не увенчались успехом. С огромным трудом продвигаясь вдоль азиатского берега, он видел дальше к сев-еру только движущийся лед или открытую воду.
И все же, не сомневаясь в действительном существовании острова, Врангель нанес на карту, приложенную к отчету об экспедиции, землю с горами к северу от мыса Якан, что Позволило последующим путешественникам опознать остров.
Прошло двадцать шесть лет. 17 августа 1849 года разыскивавший экспедицию Франклина английский капитан Келлет заметил с корабля «Геральд», которым он командовал, высокую землю, расположенную, по его определению, между 70°45′—71°30′ северной широты и 178–178°30′ западной долготы. Он был первым из европейцев увидевшим сушу, открытую Врангелем. Посетить землю ему не удалось, однако на карте, вышедшей в Лондоне в 1853 году, остров был обозначен как Земля Келлета.
Близко к востоку от этой земли Келлет усмотрел небольшой островок с выдающимися вершинами, названный им островом Пловер, но впоследствии выяснилось, что Келлет принял за остров горы восточного берега острова Врангеля.
Восемнадцать лет спустя, летом 1867 года, американский капитан Лонг, плававший на китобойном судне «Нил», увидел остров с юга. Опознав в нем землю, нанесенную на карту Врангелем, капитан Лонг впервые присвоил острову название Земля Врангеля.
