Но зачем он взял с собой сумочку? Обычно он приходит на игру с пустыми руками. Это же так неудобно – брать с собой на стадион сумку? Окруженный болельщиками, поток людей медленно двигался в направлении стадиона; поскольку Лю Ци не надел майку команды, он выделялся в толпе. Она держалась на некотором расстоянии, но все равно могла найти его с первого взгляда.
В углу за пределами стадиона произошла потасовка между болельщиками хозяев поля и болельщиками гостей, было шумно. Лю Ци стоял перед кассой, готовый встать в очередь на вход.
Но у Лю Сымо не было билета, и она не могла попасть на стадион, поэтому собралась домой.
В этот момент она увидела, как ее отец протиснулся сквозь толпу и заговорил с каким-то мужчиной. У мужчины были крашеные золотистые волосы, длинный шрам на правой стороне лица, и он был одет в футболку с номером 10.
Откуда папа мог знать такого человека? Лю Сымо некоторое время размышляла, наблюдая за происходящим, и вскоре поняла, кто это такой. Лю Ци достал из сумочки билет и протянул его Золотистому. Тот достал из кармана пачку купюр по сто юаней, отслюнявил две и протянул их Лю Ци. Получив деньги, Лю Ци отошел от кассы, а Золотистый уже размахивал билетом, предлагая его окружающим. Папа продал билет спекулянту? Он что, больше не болельщик? Лю Сымо озадаченно пошла за ним дальше.
Лю Ци зашел в фанатский бар рядом со стадионом и подошел к барной стойке. Распахнув дверь бара, она увидела толпу болельщиков в синих футболках. Более дюжины телеэкранов, больших и маленьких, вели прямую трансляцию со стадиона, баритон диктора объявлял список игроков с обеих сторон.
Оглядевшись по сторонам, Лю Сымо не увидела отца. Единственному человеку без фанатской футболки негде было спрятаться в небольшом баре.
Куда он делся?
Неужели папа заметил слежку и специально пришел сюда, чтобы избавиться нее? Лю Сымо потерла голову, пытаясь прогнать эти мысли. Должно быть, она прочла слишком много сценариев и воспринимает реальность слишком драматично. Возможно, отец просто продал билеты, чтобы посмотреть матч в баре и сэкономить деньги.
По телевизору раздался свисток, игра официально началась, и болельщики стали кричать.
Здесь было слишком шумно, Лю Сымо не могла здесь оставаться. Она уже собиралась выйти из бара, когда увидела, как дверь распахнулась и в бар зашел молодой полицейский. На нем была полицейская фуражка, из манжет рубашки выглядывали смуглые руки. За ним последовал полицейский постарше. Молодой полицейский подошел к стойке и спросил:
– Где отдельный кабинет?
Официант указал на табличку, лежащую на стойке бара, на которой было написано: «Пожалуйста, пройдите на второй этаж в отдельный кабинет».
Полицейский постучал по стойке в знак благодарности, и они вдвоем поднялись по лестнице рядом с баром.
В голове Лю Сымо промелькнуло сомнение. Необычный акцент полицейского показался ей знакомым, так говорили на родине ее бабушки. Может, это земляк отца? Почему полицейские издалека пришли в бар в форме? Очевидно, у них назначена встреча с кем-то в отдельном кабинете. Может быть, с отцом? Войдя в бар, отец внезапно исчез – возможно, как раз поднялся на второй этаж.
Когда фигура полицейского скрылась на лестнице, Лю Сымо тут же поднялась наверх.
Не успев подняться на второй этаж, она услышала кашель Лю Ци. Лю Сымо опустила голову и отступила на несколько шагов по цементным ступеням. Через щель между ступенями было видно, как Лю Ци, отряхивая мокрые руки, только что вышел из туалета и направился в кабинет на втором этаже. Прежде чем закрыть за собой дверь, он оглянулся по сторонам, убедился, что никого нет, и только тогда, успокоившись, вошел внутрь. Лю Сымо подкралась к двери комнаты, на которой висела металлическая табличка VIP. По сравнению с оживленной атмосферой внизу здесь было тихо, и Лю Сымо через дверь отчетливо слышала разговор в комнате.
– Офицер Сян, в какие неприятности попал Шэнь Ко? – спросил Лю Ци.
– Подозревается в умышленном убийстве.
– Что?! – воскликнул Лю Ци.
Для Лю Сымо, стоявшей за дверью, это прозвучало как гром среди ясного неба. Она сползла по стене на пол, не удержавшись на ногах.
– Вы знали о том, что он собирался поехать на остров Радости?
– Знать-то знал, но я не знал, что он собирался кого-то убивать! – Лю Ци был огорчен.
– Тогда расскажите нам, что вам известно.
Лю Сымо услышала шелест бумаги и щелканье шариковой ручки.
– Шэнь Ко упомянул мое имя? – робко спросил Лю Ци.
– Е Хаолун упомянул, когда я был в больнице.
– Е Хаолун?
– Если быть точным, он написал нам ваше имя.
– Мне что-то помнится, что Е Хаолун не умеет писать – усомнился Лю Ци.
– Он написал цифру «67», вы должны понимать, что это значит.
Лю Сымо знала, что «67» – это омоним имени ее отца, Лю Ци [13]. Когда отец занимался оптовыми перевозками, чтобы легче было отличать свои товары от других, он помечал свои коробки цифрами 67, и это стало его прозвищем на острове Радости. Конечно, Е Хаолун, который был практически неграмотным, тоже его знал.
– Раз вы назначили мне встречу здесь, значит ли это, что ваше расследование неофициальное?
