Конрад вскочил, как разъярённая змея, и выхватил пистолет.
Игрушка взорвалась.
Алекс почувствовал взрыв за спиной. Ярко вспыхнул свет, затем послышался очень громкий хлопок. Впрочем, окна в самолёте не выбило, огня и дыма тоже видно не было. В ушах Алекса звенело, на мгновение он ослеп. Но он был уже снаружи самолёта, когда оглушающая граната взорвалась. Трап всё ещё отъезжал от самолёта. Он не допрыгнет! Асфальтовое покрытие было метрах в пяти внизу. Если Алекс упадёт с такого расстояния, то сломает ногу или даже погибнет. Но он всё же выпрыгнул как раз вовремя. Он упал животом на площадку, болтая ногами в воздухе, затем подтянулся и быстро поднялся на ноги. Рыжеволосый механик изумлённо таращился на него. Алекс сбежал вниз прямо по движущемуся трапу. Когда он ступил на твёрдую землю, его пронизала волна торжества. Он вернулся домой. А оглушающая граната, похоже, сработала. В самолёте никто не двигался. Никто не стрелял ему вслед.
– Эй, ты что творишь?! – закричал механик.
Алекс пропустил его слова мимо ушей. Сейчас ему надо разговаривать не с этим человеком – а ещё ему нужно как можно дальше уйти от самолёта. Смитерс сказал, что граната выводит врага из строя лишь на несколько минут. Саров и Конрад вскоре придут в себя – и, конечно, тут же погонятся за ним.
Он бросился бежать. Боковым зрением он увидел, что механик достал из кармана рацию и что-то сказал – но это неважно. Вокруг самолёта собрались и другие люди, готовясь к заправке. Они наверняка услышали взрыв. Даже если Алекса снова поймают, самолёту не разрешат взлететь в воздух.
Но он не собирался снова попадать к ним в руки. Алекс заметил ряд административных зданий по периметру лётного поля и бросился к ним со всех ног, тяжело дыша. Добравшись до ближайшей двери, он потянул за ручку. Закрыто! Он заглянул в окно. Внутри он увидел коридор с телефоном-автоматом, но здание почему-то было заперто. На какое-то мгновение он задумался, не разбить ли окно – но на это понадобится слишком много времени. Тихо выругавшись, он отошёл от двери и побежал к соседнему зданию, стоящему метрах в двадцати.
Здесь дверь оказалась открыта. Он оказался в длинном коридоре, по сторонам которого располагались кабинеты и складские помещения. Вокруг никого не было. Теперь ему нужно просто найти телефон. Алекс открыл ближайшую дверь. За ней оказалась комната со стеллажами, копиром и письменными принадлежностями. Следующая дверь была заперта. Алекса постепенно охватывало отчаяние. Он открыл ещё одну дверь, и на этот раз ему повезло. Комната оказалась кабинетом, и на столе стоял телефон. Внутри никого не было. Алекс вбежал внутрь и схватил трубку.
И только сейчас он понял, что вообще не представляет, по какому номеру звонить. В телефоне, который дал ему Смитерс, была кнопка прямой связи, автоматически набиравшая номер МИ-6. Но вот обычного номера для связи ему не давали. Что ему делать? Позвонить телефонному оператору и попросить соединить его с военной разведкой? Там подумают, что он сошёл с ума.
Нельзя было терять ни секунды. Саров, вполне возможно, уже пришёл в себя и ищет его. В кабинете было окно, но выходило оно на заднюю сторону здания, так что он не видел ни самолёта, ни взлётной полосы. В конце концов Алекс принял решение и набрал 999.
Два гудка, затем в трубке послышался женский голос.
– Вы позвонили по номеру экстренной помощи. Какая служба вам требуется?
– Полиция, – ответил Алекс.
– Соединяем вас…
В трубке заиграла музыка.
А затем на переключатель телефона легла чья-то рука, и связь прервалась. Алекс резко развернулся, у него перехватило дыхание. Он ожидал увидеть перед собой Сарова – или, ещё хуже, Конрада с пистолетом.
Но это оказались не они, а охранник аэропорта, который вошёл в кабинет, пока Алекс звонил. Ему было лет пятьдесят; его волосы уже седели, а подбородок словно утонул внутри шеи. Его живот торчал над ремнём брюк, а сами брюки заканчивались в паре сантиметров от лодыжек. К куртке охранника была прикреплена рация. На нагрудном кармане висела табличка с именем – Джордж Прескотт. Он нависал над Алексом, строго смотря на него, и сердце мальчика ушло в пятки, когда он понял, что перед ним стоит настоящий кошмар для шпиона: человек с самомнением и высокомерием уличного регулировщика, вахтёра автостоянки или любого другого работника, наделённого малой толикой власти.
– Что ты здесь делаешь, парень? – раздражённо спросил Прескотт.
– Мне нужно позвонить по телефону, – сказал Алекс.
– Я вижу. Но это не общественный телефон. Более того, это даже не общественное помещение. Этот комплекс находится под охраной. Тебя не должно быть здесь.
– Нет, вы не понимаете. Это чрезвычайная ситуация!
– О, правда? И что же это за ситуация такая?
Прескотт ему явно не поверил.
– Я не могу объяснить. Просто позвольте мне позвонить.
Охранник улыбнулся. Он явно был доволен собой. Пять дней в неделю он бродил из кабинета в кабинет, проверяя, закрыты ли двери и выключен ли свет, и он очень обрадовался возможности наконец хоть на ком-то отыграться.
