Помогли и пиво, и вид на воду тоже. Наверное, и дыхание не помешало. Но гармония восстановилась окончательно, когда пришла Симона – ее волосы, недавно ставшие медными, сейчас были подвязаны синей банданой – с тарелкой, на которой лежал картофельный салат и сэндвич с острым соусом.
Она протянула ему тарелку, наклонилась, чтобы поцеловать.
– Петарды и пьяный?
– Ага. – Он указал на собаку, уже храпящую у его ног. – Мой напарник совсем вымотан. Как дела на материке?
– Мы с Сиси купили наряды на свадьбу моей сестры. Главное, позволили Натали и маме помочь нам с выбором. Чем заработали их расположение. Я сделала несколько набросков для украшения свадебного торта Натали и Гарри.
– Покажешь? Счастливые свадебные картинки должны отвлечь меня от петард и пьяных скандалистов.
– Я принесу.
Рид ел, глядя на воду и слушая похрапывание своей собаки.
Симона вернулась с блокнотом, села на подлокотник его кресла.
– Вот этот мне нравится больше всех.
На рисунке сказочно красивая девушка танцевала в белом платье принцессы – с пышной юбкой и с блестками на топе. На пушистых светлых волосах невесты сверкала диадема. Жених был в темно-сером фраке с серебряным галстуком, что хорошо подходило к внешности златовласого принца.
Жених с невестой кружили в танце и смотрели друг на друга с таким выражением счастья, словно каждый из них нашел друг в друге ответы на все вопросы.
– Ты должна вставить это в рамку и подарить ей.
– Это простой быстрый набросок.
– Могу поспорить, ей очень понравится. Подпиши, поставь дату, вставь в рамку.
– Ты прав. Ей это понравится. Фигурки для торта я собираюсь сделать из фарфора и расписать их вручную.
– Судя по нарядам и приготовлениям, это будет большая, формальная и шикарная свадьба.
– Двести семьдесят восемь человек в списке приглашенных. На данный момент. Просьба гостям быть в вечерних нарядах. Это что касается большой и формальной. Шикарная? Насколько только возможно.
– А ты хочешь такую же? Свадьбу в стиле «настолько шикарно, насколько возможно»?
– Я никогда не говорила, что вообще хочу свадьбу.
– Мы к этому еще вернемся. И к троим детям, которым мы никогда не дадим в руки петарды и спички.
У нее екнуло сердце, и она не могла понять, тревога это или радость.
– У тебя большие прожекты, шеф.
– Так я себе это представляю. Но сначала я должен уговорить тебя переехать ко мне. Хотя и не тороплю. Сначала нужно построить для тебя студию. Я уже над этим работаю.
– Ты… что?
– Ну, не то чтобы прямо работаю – летом слишком много дел. Я только попросил двоюродного брата Донны… ты знаешь, Илай, он архитектор… попросил его набросать пару идей.
Рид отпил пива. Холодное пиво и сэндвич с острым соусом просто отлично убирали следы тяжелого дня.
И все же он сильно устал, глаза невольно закрывались.
Симона смотрела на горизонт, на мерцающую лунную дорожку на воде между ними и краем света.
– А мне позволено внести свой вклад в дизайн твоей фантазийной студии?
– Конечно, поэтому Илай придумывает несколько идей. Потом можешь их посмотреть и поиграть с ними.
Она подумала о скульптуре и о том, сколько ей потребуется времени, чтобы закончить ее, довести до совершенства. Не стоит ли показать ему прямо сейчас? Как он показал ей свои мысли о будущем.
– Может, нам…
Симона замолчала, когда его телефон подал сигнал. Она увидела имя звонящего: Джакоби.
Мыслям о будущем придется подождать.
Хобарт нанесла быстрый и неожиданный удар в Огайо, в престижном пригороде Коламбуса. Ее цель – популярный местный диктор новостей – получил предупреждение от ФБР и отнесся к нему серьезно.
Он никогда не забывал тот вечер в торговом центре «Даун-Ист». Ему было двадцать восемь, он работал на телестанции Портленда – вел местные репортажи и пытался пробиться в настоящие новости. Когда началась стрельба, он нашел укрытие и только что купленной видеокамерой записал фрагменты бойни, дрожащим голосом пытаясь описать то, что видит, слышит и чувствует.
Макмаллен с репортерской удачей пошла одним путем, а Джейкоб Лансин – другим. Видеозапись отправилась к полицейским, однако на выходе из торгового центра он встретил команду со своей телестанции. И дал толковое интервью в режиме реального времени.
Он поднялся по карьерной лестнице, стал диктором, женился на уроженке Колумбуса, дочери богатого бизнесмена.
Он добился и славы, и богатства.
Удача улыбнулась Патрисии, когда некая женщина за рулем писала сообщение приятелю, что опаздывает на свидание, и врезалась в «БМВ-кабриолет» Лансина. Он получил перелом плеча, сломанную лодыжку и повредил шею.
Благодарный судьбе за то, что не погиб, Лансин взял отпуск и проходил реабилитацию на дому.
Патрисии потребовалось всего два дня, чтобы выяснить: его массажистка собирает волосы в короткий коричневый хвостик, носит футболки и джинсы и привозит с собой массажный стол, когда приезжает – каждый день, ровно в два часа дня.
Патрисия арендовала машину той же марки и цвета, что и массажистка, надела коричневый парик, простую футболку и джинсы. И приехала на десять минут раньше. Чтобы скрыть лицо, выставила перед собой массажный стол.
