- Петершэм, возьми мисс Кэти и веди ее к южному мысу. Ждите там, если будет необходимо, я пришлю кого-нибудь с лодкой или, если смогу, приду сам, чтобы вас переправить на "Маргариту". Я отдал приказ, чтобы корабль не трогался с места, пока вы не окажетесь на борту.
- Но, Джон, если ты пойдешь с нами, мы можем бежать с острова вместе, трепеща, возразила Кэти. - Неужели ты хочешь сражаться с целой флотилией? Это невозможно, ты же погибнешь!
- С каких это пор, киска, ты стала военным стратегом? - вымученно пошутил он. - Делай, что я говорю, и все будет прекрасно.
- Не обращайтесь со мной как с неразумным ребенком, Джонатан Хейл! вспыхнула Кэти. - Если бы ты действительно думал, что все будет прекрасно, ты бы не оставил "Маргариту" ждать меня около берега. Не говоря уже о том, что ты рисковал жизнью, пробираясь вплавь через коралловые рифы. Я никуда не пойду, ты слышишь? Я останусь с тобой.
- Не капризничай, Кэти, - утомленно произнес он. - Тебе не следует здесь находиться. Как, по-твоему, я смогу отбиваться
от этих чертовых кораблей, если буду постоянно волноваться, где ты и что с тобой случилось? Нет времени спорить. Иди с Петершэ-мом, он за тобой присмотрит, пока я не вернусь.
- Капитан прав, мисс. Вам лучше отсюда уйти, - тихо вставил Петершэм.
Кэти не обратила на него внимания; ее взгляд не покидал худощавого лица Джона. Вдруг он улыбнулся, и его глаза потемнели.
- Ладно? - спросил он. Эти серые глаза и обезоруживающая улыбка сломили упрямство Кэти.
- Ладно, - неохотно сказала она, сдавшись. - Но пообещай, что будешь осторожен. Ради меня.
Теперь эти слова приобрели особый смысл, хотя Джон этого и не знал. Он должен был проявлять осторожность не только ради нее, но и ради их общего ребенка
- Ради тебя, - повторил он торжественно, словно давал клятву, а затем ласково подтолкнул ее к спальне. - Иди возьми самый теплый плащ, он тебе может понадобиться. По ночам на море становится холодно.
Кэти покорно поплелась в спальню. Он настоял на своем - как всегда. Когда девушка вернулась в переднюю с плащом, перекинутым через руку, она услышала, как Джон торопливо договаривает: "...чтобы она обязательно попала назад к отцу".
- Кэп, вы еще не знаете, что... - начал Петершэм и осекся, увидев, что в дверном проеме появилась Кэти, которую слова Джона заставили побледнеть.
Джон медленно повернулся к ней лицом, тщетно пытаясь скрыть свой внезапный испуг. С хлынувшими из глаз слезами Кэти кинулась ему на шею.
- Джон, ты должен пойти с нами, - сбивчиво прошептала она. - У меня будет ребенок.
На мгновение в прихожей воцарилась мертвая тишина. Петершэм тактично рассматривал потолок.
- О Боже, нет, - наконец пробормотал Джон странным приглушенным голосом. - Ты уверена?
Кэти отпрянула назад, чтобы заглянуть ему в лицо. Он казался 1 поникшим.
- Ты жалеешь, да? - закричала она. - Ты ведь не хотел обременять себя ребенком? Тебе надо было об этом подумать, перед тем как меня насиловать!
- Нет, Кэти, нет, я совсем не жалею об этом. Я...
Грохот разорвавшегося ядра не дал Джону договорить.
- Черт, сейчас нет времени об этом говорить! Петершэм, уведи ее отсюда.
Джон торопливо покрыл ее лицо страстными поцелуями и, решительно отвернувшись, вышел из дома Он быстро пропал из виду, и тогда Петершэм помог Кэти вылезти из окна, и они вместе помчались через сад к южному мысу.
Отдаленные раскаты орудий сопровождали их на всем пути через небольшой остров. Клубы дыма заволокли небо. Воздух наполнился кисловатым запахом пороха.
Орудийная канонада составляла зловещий контраст с безмятежной красотой тропической природы, которая окружала беглецов. На пальмах без умолку трещали попугаи, разноцветные колибри порхали с куста на куст, лакомясь сочными ягодами. Малиновые цветы бугенвиллей, переплетаясь с розовыми и белыми гортензиями, ослепляли глаза своей фантастической палитрой. Прошагав двадцать минут, Кэти и Петершэм вышли на берег моря, которое расстилалось перед ними как бесконечный лазурный ковер.
- Он не хочет ребенка, Петершэм, - сказала девушка, когда они опустились на песок в тени высокой кокосовой пальмы. Старик ободряюще сжал ее холодную ручку.
- Мисс Кэти, мастер Джон был взволнован. Когда вся эта суматоха уляжется, он совсем по-другому заговорит, вот увидите
Кэти уставилась на него слепыми от слез глазами.
- Когда эта суматоха уляжется... он, может быть, уже погибнет.
Набегающие на берег волны постепенно убаюкали ее, и она смежила заплаканные глаза. Одна мысль, тревожно пульсируя в ее голове, мешала ей окончательно забыться. Она вымаливала спасение Джону. Если он выйдет из этой битвы целым и невредимым, она больше не станет просить Господа ни о чем. Вдруг голос Пе-тершэма вывел ее из сомнамбулического состояния.
- Мисс Кэти, кто-то идет. Нам надо спрятаться.
