Моло сидел на песке между Олей и Ликой. Он вытянул ноги так, чтобы набегавшая волна слегка задевала голые пятки. Шум прибоя заглушил шаги Оскара. Он подкрался сзади, дубинка с глухим стуком опустилась на голову, девушки завизжали, а Молло безжизненно растянулся на спине. Песок жадно впитал в себя кровь, местами окрасившись в алый цвет. Убийца замахнулся на девчонок, Лика закрыла руками затылок, но удара не последовало.
— Оскар, прекрати! — раздался крик Даны.
О, как долго он этого ждал. Как мечтал отомстить, валяясь ночью в шалаше и зная, что она в эту минуту отдавалась другому. Как желал снова услышать страх в голосе бывшей жены.
Кросс поднял дубинку над головой, чтобы размозжить голову Лике, но мольба Даны, остановила его руку.
— Ооооосссскар!
Сколько боли, граничащей с унижением, звучало в этом вопле. Кросс повернулся и шагнул навстречу неверной супруге.
— Прекрати…, - успела вымолвить Леденцова, прежде чем жесткая пощечина разбила ей губу. Это завело Оскара. Он пнул её в живот, а следом врезал кулаком в грудь. Удар мгновенно отозвался сковывающей болью и Дана упала на колени.
— Я тебя предупреждал, шлюха! Я дал тебе шанс, но ты вытерла об меня ноги!
Из горла девушки вырвался едва слышный мучительный стон. Она попыталась вздохнуть, но не могла. Что-то заклинило в легких. С синеющим лицом Дана хватала губами воздух, а Кросс всё не унимался. Супруг вцепился в ненавистные рыжие волосы, намотал их на кулак и повалил жену на лопатки. Затем сел сверху и принялся душить, не замечая, что она и так почти не дышит.
— Отвали от неё!
Горсть песка попала Оскару в лицо. Пока Кросс с лютым матом протирал глаза, Оля заехала ему ногой по яйцам. Убийца завопил и упал на колени. Ларина бросилась к дубинке, но тут увидела, как на помощь бежит Лев.
Когда Кросс пришел в себя, Донской уже стоял между ним и Олей. Оскар заорал, выхватил нож и ткнул противнику в лицо. Лев успел отскочить в сторону, а затем выставил перед собой палку. Его голос прогремел как ружейный выстрел:
— Брось нож!
— Хуй тебе! — выпалил в ответ Кросс.
— Брось! Тогда я тебя не убью!
— Конечно, не убьёшь! Это я тебя убью, гнида!
Оскар сделал новый выпад, острие чуть-чуть разминулось со щекой. Донской увернулся и врезал дубинкой по ребрам. Кросс схватился за левый бок, попятился, но не выронил оружие. Лев наступал:
— Сдавайся, тварь!
Кросс понял, что у него есть лишь один шанс. Убийца сжал пальцами лезвие и со всей силы метнул в злейшего врага:
— Нааааааа!
Инстинкты сработали раньше сознания — Донской присел и нож пролетел в сантиметре над его макушкой. Но все-таки холодная сталь нашла свою жертву.
Страшный, раздирающий на клочья душу крик Лики, заставил Льва обернуться. По щекам Оли катились слёзы. Она держалась за горло, из которого торчала рукоятка ножа. Безжалостное остриё вонзилось в плоть, и тело, еще недавно полное жизни, упало на песок без чувств.
Забыв о противнике, Донской ринулся на помощь. Но в глазах Лариной уже потух свет. Сотрясаясь от рыданий, Лика склонилась над подругой.
Кросс не видел этого. Он бежал. Бежал так быстро, как никогда прежде. С резвостью олимпийских спринтеров Оскар перепрыгивал барьеры, перескакивал через бревна и навалы веток. Он несся туда, где его выбросила на берег волна. Где море подарило ему второй шанс.
Кросс никогда не задумывался, почему он, а не другой получил еще одну жизнь. Просто принял её как должное. В этом была его сущность. Оскар искренне считал, что мир крутился вокруг его персоны, а остальные лишь массовка.
Лев заботливо прикоснулся к Дане. Она держалась за грудь, по щекам растеклись слезы. К счастью, опасность миновала, теперь девушка могла вздохнуть.
— Я догоню его.
— Он чудовище.
— Ему не жить, — пообещал Донской.
Впереди маячила скала. Та самая, под которой Оскар безуспешно пытался соблазнить Лику. Каменная твердыня глубоко врезалась в море, беглецу предстоял тяжелый подъем. Кросс остановился передохнуть. Жутко ныла печень и мучила отдышка. Но он готов был цепляться за жизнь до последнего.
Когда Оскар преодолел половину скалы, то обернулся и увидел Льва. Убийца понял, что не успеет скрыться и затеряться на острове. Придётся принимать бой.
— Иди к папочке, сейчас я с тобой поквитаюсь, ублюдок, — прошептал Кросс, затаившись наверху.
Донской добрался почти до вершины, как вдруг услышал грохот катящегося валуна. Лев увернулся от первого камня, затем от второго и спрятался за надежным выступом.
— Ты покойник! — Кросс выглянул на мгновение, разозлился, что его план не удался и снова затаился.
Донской заметил тропу, которая вилась между высокими кустами и плавно поднималась в гору. Оскар понял этот манёвр и попытался пресечь его. Но когда он в очередной раз высунулся, чтобы швырнуть каменный снаряд, булыжник Льва угодил ему точно в ключицу. Кросс взвизгнул, уронил валун и отшатнулся назад. Его левая рука резко онемела от боли.
