Я стал обращать внимание на новости в Сети, связанные с «Карибами». Игра не сбавляла обороты популярности – вопреки прогнозам экспертов. Почему вопреки? Потому что «Карибы» пронизаны реализмом там, где другие виртуальные миры упрощались: телепорты, возможность мгновенно доставать предметы из скрытого инвентаря, покупка вещей «на расстоянии». Всего этого «Карибы» были лишены. Максимум, что здесь было дозволено — это за донатные деньги скрывать ник или пересылать их на счет другому игроку.
Феномен начавшейся популярности «Карибов» заключался в том, что это была самая технологически достоверная игра — с неотличимой от реальности графикой и физикой. Тропический мир максимально приблизили к реализму — раньше такое отпугивало игроков. Но экзотика Карибских просторов подкупала честностью. Когда проект находился на стадии разработки, должности простых матросов, рядовых, пушкарей и других «низших чинов» отдавались исключительно неписям. Кому захочется несколько часов возиться с парусами? Сидеть в трюме и таскать ядра? Ходить стрункой по стене форта? Но еще на закрытом бета-тесте разработчики поняли, что ошиблись. Игроки были не прочь вживаться в роли простых морских работяг – не все, но многие.
Люди просто нашли отдушину. Чем не повод после рабочего дня почувствовать себя орудийным расчетом, заряжающим пушку? В реальном мире тело отдыхало, пока ты в поте лица сражался с неприятелями или наслаждался тропическими уголками планеты. Впрочем, «ненастоящих» матросов и прочих служащих хватало — нанять неписей все еще оставалось значительно дешевле, чем живых игроков.
Конечно, некоторые упрощения «Карибы» предоставляли. Ядра перекатываются легче, корабли идут быстрее, а руки лучше цепляются за канаты. Однако все это – капля в море по сравнению с упрощенностью большинства остальных виртуальных миров.
После того, как я получил урок Оливии фон Штерне, остаток недели мы занимались примерно одним и тем же. Каждое утро выдвигались из Порт-Ройяла в море и охотились на торговые суда. Часть команды быстро отвалилась, зато в экипаж приходили новые игроки. Грохот орудий и звон стали глубоко въелись в наши головы, уровни росли, как и ранг самой «Рапиры».
Все четыре дня мы сражались с испанцами и французами. Эти события были столь однотипными и непримечательными, что нет никакой нужды рассказывать о них слишком подробно. Сперва нам встретилась испанская бригантина с экипажем неписей. Даже не пришлось стрелять из пушек: настигнув судно, наши ребята с расстояния в десять-пятнадцать метров принялись закидывать крючья — те цеплялись не только за фальшборт, но и за канаты рангоута, и вскоре состав уже почти целиком перебрался на борт жертвы. Бойня была быстрой и ожесточенной. В трюме обнаружились табак и какао, которые мы перетащили на «Рапиру» и повезли в Порт-Ройял, а бригантину пустили на дно.
Каждый потопленный или сожженный вражеский корабль — это дополнительная награда для всех, кто в этом поучаствовал. Как убийство противника, только лучше. Поэтому мы поняли, что иной раз проще сразу затопить судно, если нет уверенности в успехе абордажного боя.
Оказалось, сбывать товар удобнее через специально нанятого контрабандиста. Конечно, такие люди берут себе долю, зато продают груз быстро и без вопросов, а для джентльменов удачи большего и не надо. Хотя Порт-Ройял считался пристанищем пиратов, власть в городе принадлежала Британской Короне, и от неприятностей никто не был застрахован. Лучше сбыть товар дешево, чем вообще никак.
Вслед за бригантиной последовали бои с тремя французскими люгерами – скоростными парусниками, которые на расстоянии кружили вокруг «Рапиры», не позволяя попасть бортовым залпом. Причем именно они напали первыми. И не прогадали: сражение, из морского плавно переходящее в абордаж, длилось почти два часа, после чего наш корабль пошел ко дну — и редкие выжившие вместе с ним.
Затем мы встретили испанский торговый корабль класса барк, экипаж которого повесил белый флаг после первого пушечного залпа. В ходе коротких переговоров мы забрали весь груз в виде рома и парусины, после чего мирно расцепились.
На последний день мы присоединились к большому сражению трех пиратских фрегатов клана «Пираты Икс» против пяти неизвестных противников на шхунах – никаких опознавательных знаков или описаний, только уровни и названия кораблей. В бой мы вступили поздновато, но успели сделать десяток залпов из пушек. Разумеется, активное участие в них принимал и я сам. Выломав рангоут одной из шхун, мы взяли ее на абордаж, в котором я погиб одним из первых — скорее по случайности, поскольку меткие выстрелы марсовых, как я успел убедиться, бывают слишком внезапными.
