— Может и значит. А может не нашли, — поведал торговец. — В общем, новый владелец решил не нанимать Гона. Зря, конечно, — махнул рукой торговец. — Вообще год какой-то мерзкий выходит, а ещё половины не прошло, — торговца было не остановить. — Вон та торговка, — указал мужчина на женщину за большим прилавков напротив с посудой и украшениями, — она свои товары реализует и подружкины. Той пришлось уехать, там семью брата то ли её, то ли мужа, ну… казнили. Сказала, за магию. Дети там остались, поехала разбираться с этим вопросом.
Торговец ещё рассказал пару историй из репертуара «из-за обвинений в магию жизнь круто сменила направление», а Ителю хотелось закончить этот разговор. Поймав паузу в речи торговца, Итель уточнил:
— А что по поводу севера? В этом году получше или..?
Торговец скривился и отмахнулся.
— Это такая же напасть, как эти обвинения. Только обвинения то ложные бывают, а бандиты и грабежи реальные всегда.
Торговец замолчал, Итель даже порадовался. Рассматривал фигурки на прилавке и хотел спросить об одной, как торговец вновь заговорил:
— В газетах всё пишут о новом законе. Ой что будет когда его примут, — покачал головой мужчина.
— Вы думаете примут? — уточнил Итель.
Он знал о чём идёт речь, но сейчас эти мысли стоило гнать подальше. Сейчас их обдумывать он точно не готов.
— Да примут-примут, — торговец понизил голос. — Придумают, что сделать, чтобы принять.
— Может и не придётся думать, — безнадёжно произнёс Итель. — Маги ж опасны.
— Не знаю, я о них только слышал. Не видел.
Итель кивнул. Разговор ушёл далеко от ярмарки. Но, вопреки неприятной теме, Итель почувствовал что-то вроде облегчения. Насколько оно возможно сейчас вообще. Может, гораздо больше людей сомневаются, что маги заслуживают наказания просто за существование?
— А можете рассказать о… — Итель всё же решил сменить тему на товары. Мало ли как разговор разовьётся дальше, а такой конец его вполне устраивал.
Выбрав сувенир, Итель собирался было проведать сестёр, как по заказу рядом появилась Лунет с двумя сладкими пирожными на палочке.
— Ого, как красиво, — восхищалась Луни сувениром «Морское дно». Стеклянный узкий усечённый конус, наполненный мелкими камушками, обломками ракушек и зелёной тканью, и все это было залито чем-то прозрачным.
— Надеюсь к своему дню рождения ты забудешь, как он выглядит, — улыбнулся Итель, отходя от прилавка словоохотного мужчины.
Вроде тот спокойно отнёсся к разговору. Или делает вид? А та женщина, которая только что подошла, разве она не стояла рядом какое-то время?
— Итель, — потянула Луни. — Тебя даже сладости не веселят?
— Аа, нет, — пробормотал Итель, прежде чем понял вопрос. — То есть веселят, просто… Задумался. Не бери в голову, взрослые заморочки.
Лунет не поверила. Она недовольно поджимала губки, пирожное тоже не поднимало ей настроения.
— А где Глэни? — поинтересовался Итель, принимаясь за отданную ему сладость.
Они вроде приторными были раньше, но сейчас даже сладости не чувствует.
— Решила примерить все штаны там, — Лунет махнула рукой в сторону прилавка, в который они заходили вместе. — Для меня там ничего не было.
Итель увёл разговор в сторону прекрасного дня и самой Луни. Оказалось, сестра к концу года хочет записаться в кружок рисования. Она рассказала, что уже ходила смотреть на здание, где кружок будет встречаться. А когда Итель поинтересовался местом, то увидел личную пользу от разговора, затеянного, чтобы отвлечь сестру.
Городская библиотека. А может ли быть там что-то о магии? В конце концов семейная библиотека сформирована интересами поколений семьи, и магия просто могла им не быть. Так и появился план на день.
Глэнис присоединилась к ним на моменте, где Луни рассказывала, как через несколько лет будет путешествовать по острову и писать портреты. Её явно вдохновила художница, которая писала их семейный портрет, что заметила Глэнис. Похоже она была в курсе далекоидущих планов сестры.
— Я знаю, что хочу, — Глэнис повторила себе эти слова несколько раз перед тем, как подойти к прилавку мастерицы из Мона.
Итель и Луни переглянулись и улыбнулись. Вскоре Луни подошла ближе и тоже с интересом разглядывала платки, а Итель стоял поблизости, не собираясь мешать. Ему тоже в своё время это казалось важным.
Исторически сложилось, что головные уборы не пользовались популярностью особо, их заменили платки. Они и функциональней, и проще в ношении. Со временем у платков появились цвета и узоры, свойственные регионам, и так они стали ещё и отличительным знаком всадников. Цвета их региона синий и голубой, используемые в узорах волн.
— Итель, смотри, — Глэни покрутилась с платком на голове. Он был светло-песочного цвета и какой-то вышивкой, если приглядеться, то можно понять, что это знания. Ага, цвета и орнамент Витгриса.
— Хороший выбор, — улыбнулся Итель.
Вот так жизнь и должна выглядеть. А не его погони за тем, чего нет. Также радоваться вещам, которые происходят по плану и вовремя.
Как Итель и предполагал, у сестёр не был свободен весь день, поэтому вскоре они направились к дому.
