– Парни, – разведчики, до этого дремавшие на скамейках, оживились. Вскочили с мест и пробрались вперёд кузова к кабине, – парни сейчас поедем через набережную и вам там покажу все достопримечательности. Потом промчимся в туннеле под проливом у крепости «Эль Моро» и мимо «Касса Бланки» едем в бригаду….
Разведчики радостно заревели и мы, свернув влево, нырнули в небольшой туннель. Выскочив через некоторое время на поверхность, наш автомобиль помчался в сторону набережной, куда мы ворвались с радостным рёвом и свистом. Я ещё успел заметить растерявшихся кубинских военнослужащих, которые разинув в изумление рот, несмело попытались преградить машине дорогу, но потом благоразумно отпрыгнули в сторону. Не знаю, что о нас докладывали в ночной штаб о несущейся в сторону набережной машине с непонятными людьми в кузове, армейские и полицейские патрули, но картина наверно была достаточно забавной.
…Ночь…, Глубокая ночь. До конца ночного бдения осталось два часа и очередное ночное дежурство закончится ничем…. Не подлетели стремительно с океана десантные корабли американцев, никто с них не высадился и янки не устремился в атаке на дежурные расчёты, дежурные подразделения, раскинувшие свои позиции вдоль берега. Не вынырнули из темноты хищными тенями вертолёты огневой поддержки, расстреливая всё, что им попадётся на пути, а следом за ними грузные транспортные вертолёты, откуда высыпят знаменитые зелёные береты….
Вместо этого, со стороны города – с тылу, на набережную, прорывается грузовой автомобиль, в кузове которого десяток крепких молодых парней, ведущих себя вызывающе. А в кузове упакованные тюки, картонные коробки. Что это? Кто так нагло мог нарушить покой? Да ещё в такой знаменательный день – Когда вся прогрессивная часть человечества празднует 70-летие Великой Октябрьской революции.
Это явно не кубинцы, которые от мала до велика знали – что ночью нельзя так нагло и вызывающе вести себя.
Что делать? Как поступать? Открывать огонь сразу на поражение или блокировать, захватить….
Пока кубинцы принимали решение и, слава богу, это решение было не радикальным – мы промчались половину набережной с бешеным рёвом, свистом, размахиванием руками и попытками расшатать автомобиль на ходу, который и так закладывал лихие виражи по пустынной набережной.
Несколько кубинских бронетранспортёров внезапно выросли на нашем пути и блокировали автомобиль. Резкий, неприятный визг покрышек по асфальту, вплоть до горелого запаха резины. От внезапной остановки мои разведчики с возмущёнными воплями кубарем полетели к кабине, а дверца подо мной, не выдержав такого испытания, открылась и вместе со мной по дуге ушла вперёд. Меня спасло от смертельного падения на асфальт то, что в последний момент я намертво ухватился за верхнюю часть дверцы и чудом удержался сидя в окне. Дверца спружинила и также стремительно пошла обратно и я опять успел убрать пальцы, а то они бы осыпались жалкой кучкой во внутрь кабины от сильнейшего удара, когда дверь закрылась. Я лишь успел уцепиться за рантик кабины. Кубинцы мигом соскочили с бронетранспортёров и тут же окружили автомобиль, направив на нас автоматы, а разведчики, вскочив на ноги, после падения, заняли оборону внутри кузова, демонстрируя агрессивные намерения. К кабине подскочил кубинский полковник и гневно заорал по-испански, требуя показать документы.
– Чего ты орёшь, Коронель (полковник)? Сейчас покажу документы…, – я нагнулся, насколько это было возможно, и скомандовал водителю, – Фисенко, открой мне дверь…
Я забыл, что сижу верхом в окне дверцы, а водитель Фисенко впрямую воспринял мою команду. Он перегнулся через капот, дёрнул ручку и сильным толчком открыл дверь, которая с громким скрипом, под смех моих разведчиков и тихие смешки кубинских солдат, по дуге пошла вперёд и со скрежетом остановилась в крайнем положении. После ряда неловких движений, одной рукой я держался за верх дверцы, достал бумажку красного цвета – пропуск на территорию бригады с фотографией и сунул его полковнику, который мгновенно успокоился, услышав русскую речь.
– Ну, что успокоился? Давай…, отпускай… У нас сегодня Grande Fiesta… Гуляем…
Полковник заулыбался и вернул мне пропуск, повернулся к своим и что-то скомандовал. БТР разъехались в сторону и мы поехали вперёд. Правда, ехали уже спокойно, а через две минуты нас догнал БТР с полковником на борту и он повёл маленькую колонну к туннелю под проливом.
–… А вот смотрите…, товарищи солдаты смотрите…, справа впереди. Видите дом…, и этажи у него похожи на гробы, которые стоят друг на друге… Ага, видите. Это местный капиталист, ещё до революции построил. У него, четырнадцатилетнего сына, съела акула, которая приплыла в этом месте к берегу, когда он тут купался. Вот в память его он и построили четырнадцатиэтажный дом в виде гробов, стоящих друг на друге. А дальше….