Хоть его и слегка стукнул, но получилось довольно больно и он скривил лицо в болезненной гримасе: – Товарищ старший лейтенант, я же ничего такого не сказал, чтобы вас оскорбить и обидеть….
– Ты, солдат, оскорбил мою срочную службу. Мой ДМБ 73-75. На своей срочке я просто не позволял себе в таком ключе, тем более в таком тоне разговаривать с офицером, как бы я к нему не относился. Потому что знал такое понятие как СУБОРДИНАЦИЯ. Кто я и Кто он. И оценки данному офицеру не давал – потому что я не имел право его оценивать. Ты понял меня? Да…, я мог иметь своё мнение об офицере и мог в кругу таких же срочников обсудить его, но только в своём кругу…
А обидел ты, тем что сплетни про меня пересказываешь с удовольствием. Ваших прапоров я за руку ловлю, чтоб ты и другие ели то, что вам положено и сколько положено, и за это я конфликтую с вашими тыловиками, а ты сучонок ещё со злорадством имеешь право мне заявить самонадеянно, что ЗНАЕШЬ меня…. Надо бы тебе морду набить, но сделаю вид, ради детей которых мы везём, что я не слышал этого. Но ты запомни – Земля круглая и откуда ты идёшь, туда можешь и прийти….
Мы расселись по своим местам и словесный конфликт оставил неприятный осадок на душе и всю дорогу до бригады мы оба угрюмо молчали.
Но бог всё-таки есть. Высадив школьников в городке, поехали в бригаду и на горке, у хлебопекарни, водитель остановил автобус.
– Товарищ старший лейтенант, идите домой, я сам в парк отгоню автобус.
– А что ты тут остановился? Поехали сразу в парк.
– Да счас…, – я не успел остановить его и, дёрнув рычаг ручного тормоза, он шустро выскочил из автобуса. Оказывается, он увидел товарищей и решил с ними побазарить. Я, конечно, понимаю, что в его глазах я прокололся, но это не даёт ему повода так запросто отмахиваться от старшего лейтенанта.
Нехотя вылез из автобуса, соображая, как поставить солдата на место. Дошёл до зада автобуса и остановился. Водитель о чём-то оживлённо толковал с друганами, азартно размахивая руками, в метрах тридцати.
– Товарищ солдат. – Солдат мимолётно оглянулся на меня и снова углубился в разговор.
– Товарищ солдат. – Тональность моего голоса повысилась и там зазвенело. Пока без металла, но если так и дальше пойдёт, за металлом дело не станет. Боец нехотя оглянулся.
– Чтоооо?
– Товарищ солдат, Ко мне! – В голосе уже был командирский металл
– Товарищ старший лейтенант…, ну что вам надо? – Недовольным тоном, спросил солдат, даже не двинувшись в мою сторону, а его товарищи, явно тоже дембеля, с любопытством ожидали дальнейшего развития ситуации.
– Ты что не понял? – Рявкнул я со злостью, – Ко Мне!!!!
Ситуация для бойца создалась щекотливая, да и для меня тоже. Надо сказать – тупиковая ситуация, выход из которой был связан с неясными и вполне возможно нехорошими последствиями. Если мы были бы без свидетелей, то водитель в развалку подошёл ко мне, всем видом подчёркивая презрительное недовольство, и что он подчиняется только из-за того, что я офицер. А так бы, если не погоны, хер бы положил…
Но за происходящим наблюдали сослуживцы, в лице которых он имел некий авторитет, да и звание «Деда Карибского бассейна» не позволяло так запросто подчиниться какому-то старшему лейтенанту. Солдат глянул на товарищей, типа: Во дол…ёб, пристал как банный лист к жопе… Смотрите, как я его сейчас отбрею….
И ведь он сейчас реально пошлёт меня. Не на х…, другими словами, более печатными, но пошлёт… Я стоял и лихорадочно соображал – Как мне поступить в этой ситуации, если пошлёт?
Вариантов было немного и все они были проигрышными. А с моим характером ещё и очень болезненными для моего командирского и мужского самолюбия. Какой-то двадцатилетний щенок вышел победителем с тридцати четырёх летним старшим лейтенантом. Не из-за того, что он умнее, или прав в этой ситуации, или сильнее, а просто их больше и он чувствует их поддержку…. И мне придётся покинуть «оплёванным» место схватки. А бойцы потом будут, смакуя каждую деталь, рассказывать таким же – как поставили на место старлея с реактивки и тот ничего не мог им поделать. И при последующей встрече в бригаде будут кивать на меня, снисходительно цедя сквозь зубы: – Вон того, старшего лейтенанта, Ну, про которого я рассказывал…, мы на хер послали, когда он Петьку пытался «построить»…., – и идущие рядом сослуживцы запоминающим взглядом окинут тебя, зная, что этого старшего лейтенанта можно и игнорировать или даже «послать». Вот это и задевало больше всего.