- Нет, не все. Всё больше вдов. На всех мужчин не напасёшься. Мужчины в этой стране только и делают, что истребляют друг друга... Но я-то не вдова.
- И что же ты думаешь делать?
- Руди говорил: ничего с тобой не случится, генерал о тебе позаботится, и мужа тебе найдёт. Хочется, конечно, верить, но я стала такая... недоверчивая...
- Короче... - Натали насупилась. - Что я думаю... Нам с тобой надо вновь сойтись.
- Это как это?
- А вот так. Ты на мне опять женишься. Жить будем у меня в губернском центре... ну да ты был в квартире, всё видел. Мальчик сохранит прежнюю фамилию, а я возьму твою...
- Лихо, - только и мог изречь Конрад. Он почувствовал, как что-то тёплое поселилось у него в животе и стало разливаться вверх и вниз по всему нутру.
- ...работать будешь тем же, что сейчас... Уж ты извини, я знаю, что ты в органах числишься.
- Подобное тянется к подобному...
- Только тебе нужно будет перейти в штат.
- А меня возьмут в этот самый штат? С моим-то диагнозом?
- Конечно, возьмут. Ведь мужчин катастрофически не хватает. Я уже у шефа нашего спрашивала. Он даст добро...
- Мужчин-то не хватает, это ясно. Но мужчина ли я, посуди сама...
- Диплом у тебя сохранился? - Натали словно не слышала последних слов Конрада.
- Да. С собой...
- Вот и чудесно. Диплома хватит, а медицинской справки никто с тебя не потребует. Ты грамотный, а это сейчас очень ценят. Тебя не угонят на фронт, не переведут в оперчасть... Вот только печатать тебе надо научиться. Компьютер освоить.
- Где мне...
- Освоишь. Ты же не клинический идиот. Жить захочешь - освоишь.
Воцарилось долгое молчание.
- Слушай... - сказал, наконец, Конрад. - Всё это так неожиданно... На рождественскую сказку похоже. Сегодня случайно не первое апреля?
- Послезавтра.
- Но ты понимаешь, в чём дело... ты же ведь меня не любишь...
- Ну, что ж поделать... Ты меня тоже, поди, не любишь. Я же видела твою хозяйку... Но ничего, надо быть реалистами. Выбирать синицу в руках.
Конрад вновь надолго замолк.
- Натали, - начал он спустя какое-то время. - Я с радостью составлю тебе... нет, не компанию... Буду твоим мужем, короче. Но ты реально... сможешь со мной жить? Ты стерпишь мою безрукость, мою неряшливость, моё бессилие? Ты в самом деле сможешь жить со мной под одной крышей?
- Как говорится... стерпится - слюбится. Уж лучше ты, чем эти... нынешние кадры. - Натали вновь поморщилась и махнула рукой, что при обычной скудости и скупости её жестикуляции было серьёзным проявлением чувств.
- Чем же тебя не устраивают молодые кадры? - поинтересовался Конрад.
- Грубые они.
- А я что - деликатный?
- Ты - мягкий.
- Ты хочешь сказать: мягкотелый.
- Не цепляйся к словам, Конрад. Да, ты угловатый, но не вульгарный. Ты ещё что-то плохое про себя сказать хочешь?
- Зачем? Ты и сама всё знаешь.
- Откуда тебе ведомо, что именно я про тебя знаю? Ты такой... домашний, хотя и хочешь казаться диким. А дикость тебе не к лицу.
- Ишь ты, как заговорила... Прямо для моей "Книги легитимации"! Жалко, что я её уже в другом ключе пишу... Но ты учти: за последнее время я страшно обленился. Если раньше я всё время суетился и поспешал, то теперь делаю всё как в замедленной съёмке. И всего боюсь. Ночью - а я ночами не сплю - то и дело вздрагиваю от малейшего шума. Мнителен стал. По дому почти ничего не делаю, хозяйкины харчи трескаю. Плохой из меня защитник и добытчик никудышный. И по-прежнему ничего не умею.
- Вот удивил! - отмахнулась Натали и тут же переменила тему:
- Кстати... ты что же, получается, живёшь у нашей несостоявшейся учительницы музыки?
- То есть?
- То есть, я уже видела эту женщину. Руди говорил, что она лучший учитель музыки в этой стране...
Конрад лишний раз подивился, у кого Натали выучилась говорить "эта страна", и заодно порадовался за чадо бывшей жены.
- За чем же дело стало... занимайтесь с ней.
- Ты что... мы - в городе, она - тут... Раньше Руди имел в виду, что будет возить её к нам в город... и платить ей бешеные деньги. У меня таких денег нет.
Вдруг Конрада сотрясло внезапное прозрение:
- Натали! А как фамилия этого генерала?
- О! Это птица высокого полёта... Фамилия его - Фарнер. Она тебе что-нибудь говорит?
- Ага!.. И он отпускает за кордон великого программиста в погонах фон Вембахера... ради того, чтобы заменить его программистом в погонах Петцольдом?
- Откуда ты всё это знаешь? - изумилась Натали.
- Да так... Мир тесен, настолько тесен, что мы постоянно сшибаемся лбами друг с другом.
- Вот, считай, что и мы с тобой опять сшиблись лбами. Судьба, значит, - выехала Натали на главную колею.
- Красивая судьба... Всё так внезапно, - сказал Конрад. - Где ты остановилась?
- В полицейском участке, где же ещё. Ты там бывал?
- Конечно, - беззаботно ответил Конрад, внутренне содрогнувшись своему декабрьскому походу в логово Поручика. - За ночь я соберу пожитки, их у меня немного. Твой бывший-то на месте?
- На месте. Я ему всё сказала, и он одобрил.
- Как он вообще отреагировал на твои матримониальные планы?
- Ему, по большому счёту, всё равно. Но если честно, он очень смеялся...
