- Виноват, господин штабс-капитан. Поздравляю с повышением.
- Спасибо, господин Мартинсен. Заодно уж поздравьте с переводом.
- Покидаете нас? На кого же?
- Свято место пусто не бывает.
- Да угадаю с одного раза - на Дитера.
- И попадёте пальцем в небо. Дитер и его команда скоро будут переброшены в губернский центр. Там неслабая заваруха предвидится. К городу движутся отряды кого-то, кто выдаёт себя за Землемера. А также - по непроверенным данным - отряды самого Землемера. Им нужно противопоставить молодой задор и юношеский азарт.
- И Натали с ними?
- Жена в тяжёлую годину должна быть при муже. Вдохновлять и воодушевлять.
- Так кто же остаётся за главного?
- Эх, геноссе Мартинсен. Какой же вы недогадливый... Мы так бедны квалифицированными кадрами! Главным назначаетесь - вы.
Конрад непроизвольно погладил себя по штатскому брюху.
- То есть как это - я?.. Но ведь...
- Никаких "но", дорогой камрад Мартинсен. Слишком уж вы привыкли перекладывать ответственность на чужие плечи. Это не есть хорошо. Пора, пора наконец повзрослеть, заняться серьёзным мужским делом... Кстати, в последнее своё посещение места моей бывшей работы... и вашей будущей работы... вы обронили главный документ, удостоверяющий вашу неповторимую личность. Нельзя, нельзя быть таким растеряшей.
И Штабс-капитан протянул Конраду выброшенное им в конце марта удостоверение. Кто-то тщательно оттёр его от грязи, закрасил замазкой надпись "секретный сотрудник" и сверху каллиграфически вывел: "комиссар".
- Да, кстати учти, - Петцольд вдруг резко перешёл на "ты". - Где-то у вас хуякнуло, не слыхал? Воронка там солидная, за вашим участком.
- Не. - Конрад был готов на месте расколоться. Но Штабс-капитан тут же заговорил снова:
- Я так и думал, Торстен пиздун порядочный - котлован какой заброшенный... Ты мне расскажи лучше, как там без меня столица? Как шеф? Ты, я слышал, с будущим моим шефом познакомился.
Конрад нехотя сообщил некоторые факты о недавнем своём вояже. Штабс-капитан слушал его, как всегда, вполуха и давал собственные, довольно пространные комментарии. Разумеется, о будущем шефе он знал куда больше, нежели Конрад. Заодно он открыл некоторые секреты работы Органов и их закулисья - готовил преемника к новой работе.
- А где же мне теперь жить? - спросил Конрад. - До отделения же чапать и чапать.
- А где жил, там жить и будешь. В отделении молодёжный клуб откроется. Личный состав Органов весь убыл на борьбу с супостатом, а в подчинённых у тебя остаются лишь двое подраненных, негодных к строевой, плюс Торстен - как самый непьющий из поселковых. Так что кукуй себе и дальше на возлюбленном Острове. Пока кукуется.
Конрада эти слова больно резанули: ну никак не мог знать его предшественник на посту полицай-комиссара о том, что он в разговорах с собой называл клировский участок "Островом". А кроме того...
Штабс-капитан прибыл не один. Была ещё "инвалидка", которой управлял одноногий ветеран гражданской войны. С ним был Торстен. Заднее сидение и багажник "инвалидки" были плотно набиты наспех перевязанными стопками бумаг.
- Сейчас мы к тебе всю документацию перетащим - изучишь на досуге, - сказал Штабс-капитан.
И втроём - он, Торстен и Конрад - принялись перетаскивать стопки бумаг в дом Клиров. Конрад, хоть и качался последнее время, от таких нагрузок чуточку отвык. В неподходящий момент он споткнулся, растянулся на земле и выронил несколько папок в грязь. "Руководитель хуев", - вполне внятно прокомментировал Торстен прямо у него над ухом. Конрад отряхнулся и бровью не повёл.
Его комната сильно потеряла в объёме и стала напоминать отдел доставки какого-нибудь почтового ведомства. Умаявшийся после перетаскивания бумаг, он восседал посредь неё как завзятая архивная крыса.
Торстен, открыто не скрывавший своего недовольства, ушёл к себе на участок. "Завалит он меня, - равнодушно думал Конрад, - дабы занять моё место". Инвалид уехал. Штабс-капитан же пошёл прощаться с Анной. Прощание длилось до невероятия долго. Уже вечерело, а комиссарский джип всё ещё стоял напротив калитки.
Конрад заподозрил неладное и подошёл к двери анниной комнаты. Он явственно различил голоса. Что говорила Анна, разобрать было невозможно, но вот реплики Штабс- капитана - на повышенных тонах, чуть ли не истерические - слышны были отчётливо.
- Фарнер даст вам квартиру!.. Ласты склеить хочется?.. Сваливайте, к ебеням, отсюда!.. О Господи!..
Наконец, Штабс-капитан вышел - скорее даже, выпрыгнул, словно ошпаренный, и громко хлопнул дверью. Анна так и не показалась.
Конрад даже не пробовал скрывать, что подслушивал. Он был готов вцепиться Штабс-капитану в горло.
- Говори! - проревел он свирепо, переходя на доверительное "ты". - Что грозит Острову?
- А что нам вообще всем грозит? В этой стране?
- Вот как... Я-то думал, ты - идейный, - Конрад весь пылал.
