- Вы небось думаете, мы там, в столице бублики жрём, а провинции оставляем дырки от бубликов? - так никто не думал, но никто и не протестовал. - Вы сегодняшним ужином обязаны только предприимчивости моего мужа, а так... я талон на картошку полгода не могла отоварить, наконец, в очереди три дня отстояла, с перекличками там... ужас! Все звери... А у кого дети? Грудью кормить врачи запрещают, а от детского питания одни воспоминания... Ну, я всё о грустном, наверное, аппетит всем порчу... А вы кстати знаете - вакцину нашли от СПИДа. За океаном. У нас об этом ни гугу, ведь валюты нету, всё равно фиг закупим...
Когда всё было съедено-выпито, богатая благодетельница угостила островитян ещё одной диковиной - настоящими сигаретами "Кэмел" (а не "Верблюд"). Значит, всё же курит, столичная пташка, думал Конрад, предвкушая, как сейчас затянется - и затащится. Но все таски и улёты тут же круто обломились - ещё одна "верблюдина" вспыхнула в тонко очерченных устах Анны.
Женщины мирно дымили. Маргарита верещала что-то о том, как полезно бывает после сытной трапезы попыхтеть сигареткой - наукой, мол, доказано, что никотин связывает и выводит из организма вредные окислы.
А Конрад (почему-то) вспоминал, как однажды мальчиком увидел любимого учителя в дымину пьяным, медлил с затяжкой, и его сигарета сгорала вхолостую.
- Конрад, у вас сейчас пепел упадёт!
- Ммм... - услышала Маргарита.
- Ох, я всех затрахала. Это из-за моих речей вы такой унылый, Конрад?
- Отнюдь...
- Бросьте вы. Я же вижу. Ну что же делать. Я всё о грустном, о грустном... Может, вы что весёлое расскажете? На вас вся надежда.
- Не о чем мне рассказывать, - выдавил Конрад после долгой паузы. Армейский нецензурный фольклор здесь был бы не в кассу.
- Ну расскажите что-нибудь интересное из вашего прошлого.
Конрад очень нехорошо захихикал.
- Экий вы, однако, скрытный... Вот Анхен такая же. Молчит, как партизан. Даже о вашем настоящем не хочет мне докладывать. Редкое качество для женщины - уметь держать язык за зубами...
Конрад закивал головой в знак согласия.
- Вы простите, я такая приставучая... Уй, я, знаете, патологически любопытна... Вот мне кажется - вы писатель. Сидите здесь, в идиллической глуши и пишете свою самую главную книгу... Я угадала?
Смех Конрада вновь ничего хорошего не предвещал:
- Ну да, я пишу... роман без слов.
- О Господи. Как всё грустно. Кругом - сплошная немота. В прошлом, в настоящем... и для будущего не останется ни слова.
Конрад пожалел, что сморозил очевидную глупость. С такими резче надо.
- Вы, милочка, на меня поменьше внимания обращайте. Берите пример с вашей подруги.
Анна невозмутимо попыхивала сигареткой.
Не обращать внимания... - свободные ассоциации несли Маргариту Бог знает куда. - Да, да, мы привыкли всё принимать близко к сердцу. А так нельзя... Не будем обращать внимания - и всё, глядишь, образуется... Анхен, а ты помнишь?.. Кстати, да!.. Лет семь назад мы ходили на лекцию уфолога... или там астролога... какая разница... их тогда как собак нерезаных развелось... Помнишь, он говорил: скоро будет конец света... Люди, пять лет осталось до конца света!.. Что вы так мрачно смотрите?.. Инопланетяне давно наблюдают за нами... за нашими судорогами, а через пять лет они нас ликвидируют... античастицами обстреляют... и капец!.. И людей никого не будет... кроме... - она поворотилась к Конраду и коснулась порхающей рукой его колена, - кроме жителей этой страны. Они спасутся, они всего-навсего утратят бренную физическую оболочку, а их души... или как там это, Анхен, зовётся?.. астральные тела?.. неважно - вы поняли... в общем, обретут вечное блаженство...
Конрад опять вспомнил свой вояж в губернский город и отметил, что апокалиптическим мистицизмом в эру социальных катастроф одинаково одурманены что гэбэшницы, что отъезжантки. Да, одного поля ягодки!..
- ...так что может, и правильно, что вы здесь торчите, с места не дёргаетесь... и не надо мне завидовать! Вот перестану быть жителем этой страны, пять годиков покайфую и превращусь в пшик, аннигилирую... а вам суждена жизнь вечная... за долготерпение ваше.
- Ух, накурили мы тут... Давайте откроем форточку, - сказала Анна, выразительно посмотрев на Конрада. Тот покорно исполнил приказание. Студёный вечерний ветер ворвался в комнату. Ночью ожидались заморозки.
- Врр-брр... - поёжилась Маргарита. - Ну, сиверко задул.
- Будьте добры, Конрад, принесите чёрную шаль - в моей комнате висит на стуле, - попросила Анна.
Конрад в этом доме из шалей видел только белую, но послушно сходил, куда ему сказали, и действительно обнаружил там чёрную, похожую по фактуре вязки и по длине, только чуть потеплее, из более толстых нитей.
- Ах, какая чудная шаль, - воскликнула Маргарита.
- Я в прошлом году их несколько связала. А эту возьми, она к светлому плащу и светлым волосам отлично пойдёт.
- Анхен, ты золотце, ты мастерица, - рассыпалась в восторгах Маргарита и нежно обняла Анну. - Что стоите, как дерево, Конрад, накиньте нам на плечи, нам вдвоём под ней места хватит... и не замёрзнем.
