– Сам не знаю. Видел, как мужчина из вашего рода вместе со своим сыном отправился в пустыню, отвечая на зов того черного камня, что ты мне вчера показывала. Камень горел красным и звал куда-то…
– К Источнику, – Кайя закончила предложение за него. – Ты видел Сета и его сына Беса.
– Я видел, как он обратил Источник в лед и сам остался навеки там! Завораживающее зрелище, я вам скажу!
– Мы знаем, – кивнула Кайя.
– Он до сих пор там?! Его можно увидеть?
– Нет, – покачала она головой. – Уже нет. Льды давно ушли глубоко под землю, их затопила пустыня. Кристалл Сета никто не видел уже больше ста пятидесяти лет. Да и Источник пробужден недели две как, а льды сошли с него еще восемьдесят три года назад.
– Да-а… – вздохнул старик, – не пытайся осознать его поступок и всё, что видел. Большее из этого недоступно пониманию, ибо включает в себя слишком много понятий. Просто знай, что это был подвиг, друг мой, – тихо сказал Менес, качая головой. – Сет спас Источник и осуществил замысел Творца Творцов. Он наш герой…
– Это-то я как раз понимаю. Но разве мне не должны просто показывать дорогу к этой пещере? Какой-то необходимый минимум? – Громов переводил взгляд с Кайи на Менеса. – Зачем мне история этого Сета? Или я его знал? Ну вот как вы меня…
– Потому что Источник рассказывает свою историю тебе, это его способ знакомиться. Выбор эпизодов хаотичен, так как ты сам не знаешь, что хочешь увидеть. Сейчас тебе любопытен наш род, и Источник находит для тебя соответствующие моменты. Он помнит нашего предка, потому что Сет ступал в его воды и стал его частью. – Египтянка смахнула с лица прядь волос и шумно выдохнула. – Ты, а вернее, твоя душа Сета никогда не встречала, ты его не знал. И то, что ты увидел перед сном в гостиной… было совсем другого порядка.
– Какого?
– Так! – хлопнул себя по коленям Менес. – Любопытство осталось при нем, это точно не изменилось. – Старик улыбнулся и встал со стула. – Сейчас вернусь к вам, дети мои. – Он пошел вниз по коридору к кладовке.
– Мы, – Кайя указала пальцем на своего дядю, а затем на себя, – встречались уже с тобой… не так давно.
– Когда? – полюбопытствовал Иван.
– За двадцать два года до твоего рождения, – ответила Фэро.
– И кем я был? Кем-то важным? Крутым?
– Ты был моим учителем.
– Ого! То есть я скоро вспомню все хитрые приемчики ассасинов? Крутотень! – глаза Громова буквально светились от радости. – Чему я тебя научил? Ты ведь была хорошей ученицей? – Он в шутку погрозил ей пальцем. – Или прогуливала занятия?
Фэро хмыкнула.
– …Его звали Анхамон, и он не выносил оружия в своем доме. – Кайя слегка улыбнулась и опустила глаза, погружаясь в далекие воспоминания. – Он учил нас, как идти по пути Маат и никогда не сворачивать. Анхамон говорил, что воин тогда становится великим, когда достигнет гармонии между тремя своими сущностями. Он часто указывал на меня и говорил, что мои душа и монада слиты в единое, их объединяет общая цель, но третья сущность не отвечает на их зов.
– Третья – это какая?
– …Сам человек. Воин становится непобедимым, когда все три составляющие вместе и действуют заодно. Когда человек обретает знания монады, воспоминания и навыки души и устремления сердца… Анхамон пытался разбудить во мне человека.
– И судя по всему, мне это удалось. – Иван посмотрел на Кайю со знакомой ей улыбкой. – Судя по тому, что я видел и еще увижу. – Он смущенно развел руками.
– Смотрю, они учащаются, – кивнула Фэро. – Времени всё меньше. Давай дуй в ванную. Завтракаем, одеваемся и выходим.
– Почему мы так торопимся?
– Потому что твои сны и видения рано или поздно выведут врагов на нас. Их интенсивность будет нарастать, и ты их контролировать не можешь.
– Враги – это те, что были на черном корабле?
Фэро кивнула.
– А кто они? Инопланетяне? Или вообще рептилоиды? – Иван хмыкнул.
– …В своем роде инопланетяне, конечно, но всё не так однозначно. Это не война черного и белого, это война полутонов.
– Знаешь, я еще не обрел всю свою мудрость, поэтому по-простому можно объяснить? – устало потер лицо Громов.
– Пока тебе достаточно знать, что они борются за свое выживание. И их цели, с одной стороны, вполне оправданны, но с другой – это не их планета, а твоя.
– Звучит супер! – хлопнул в ладоши Иван. – Я таким важным себя никогда еще не чувствовал… Я круче Нео!
Кайя лишь покачала головой, потирая висок.
– Что тебе приготовить? – спросила она.
– Омлетик можно? Я люблю омлетики. М-м… – он облизнулся, – с докторской колбаской, бекончиком и горошком…
– Заканчивай! Здесь тебе не ресторан!
– Сама спросила! – в шутку буркнул Иван, выходя из кухни и направляясь в ванную. – О! Доброе утро, большой человек! – махнул он Силову, вышедшему из комнаты. – Там суровая женщина принимает заказы на завтрак. – Он кивнул назад.
– Я всё слышу! – крикнула египтянка из кухни.
– А что я, я ничего. Я умываться шел… – засмеялся Иван.
Глеб проводил парня взглядом и услышал шаги за спиной. Обернувшись, он увидел пожилого мужчину. Тот смотрел на него снизу вверх с плохо скрываемым любопытством.
