До поезда в Екатеринбург оставалось сорок минут, когда белый джип завернул на стоянку у Ярославского вокзала. Выгрузив вещи из машины, трое посмотрели в сторону входа. Менес подошел к ним и с улыбкой посмотрел на всех.
– Нас пропустят с твоим арсеналом? – спросил Глеб, посмотрев на Кайю, застегивающую куртку.
– Не волнуйся, друг мой, со всеми ее документами они ей еще спасибо скажут, – махнул рукой египтянин. – Что ж, давайте прощаться. Иван! – он положил руки на плечи Громова. – Надеюсь, что ты скоро всё вспомнишь, и желаю тебе обрести себя в этом опасном путешествии. Будь сильным и знай, что ты на правильном пути, а еще помни, что вспыльчивые никогда не познают истины. Сохраняй холодным рассудок и не делай скоротечных выводов, покуда не услышишь историю целиком.
– Эм-м, х-хорошо, спасибо, – кивнул Громов, непонимающе глядя на египтянина.
– …Ты не хуже меня знаешь, что тот, кто видит слишком далеко, неспокоен сердцем, – на древнеегипетском прошептал он, поцеловав Кайю в лоб. – Не печалься ни о чем заранее и не радуйся тому, чего еще нет…
Египтянка молча кивнула, коснувшись руки дяди. Затем Менес подошел к Силову.
– Глеб, – Кайя помогла Ивану надеть рюкзак, слушая краем уха, какое наставление дядя даст третьему из них, – следуй за своим сердцем. – Менес приложил ладонь к груди Силова. – Пока существуешь. Не совершай глупостей, которых сердце твое тебе не разрешит…
– …Само собой, – кивнул Глеб.
– В добрый путь! – развел старик руками. – Удачи вам!
Группа из трех человек пошла вперед, к вокзалу. Как и говорил старый египтянин, никаких проблем с арсеналом Фэро не возникло, а на оружие-трубку в кармане Силова металлодетекторы не сработали вовсе. Уже через двадцать минут они сели в поезд и заняли свое купе.
– Давно я не ездил в поездах, – посетовал Глеб, сев поближе к окну. – А в детстве так любил, постоянно с отцом куда-то ездили.
– Ну, теперь накатаешься, нам почти сутки ехать, – напомнила Кайя, сев напротив.
– Потом пересаживаемся и едем дальше?
– Да.
Громов разулся и сразу же забрался на верхнюю полку, предвкушая самое невероятное приключение всей своей жизни. Он подложил подушку под грудь и, словно ребенок, облокотившись, принялся разглядывать людей на перроне.
Было два часа дня, когда поезд тронулся и, набирая скорость, взял курс на Екатеринбург. На какое-то время в купе воцарилась тишина. Глеб и Иван смотрели в окно. Каждый был погружен в свои мысли. Кайя просматривала что-то в своем телефоне.
– Жаль, мы не взяли с собой никакой еды, – вздохнул Громов. – Сейчас бы разложили жареную курочку, огурчики, помидорчики, колбаску… м-м, как в детстве!
– Здесь есть вагон-ресторан, – не отрывая глаз от текста на экране, сказала Фэро. – Можем сходить поесть или купить что-нибудь на следующей остановке.
– Угу, можем… Но это я так, ностальгирую.
– Ладно, пойду проверю поезд. – Кайя встала с места, накинула куртку на плечи и подошла к двери.
– Эм, в каком смысле проверишь? – удивился студент.
– На предмет незваных гостей, – улыбнулась Кайя, – да и меню гляну. Закрыв за собой купе, она подошла к окну напротив и на какое-то время задержалась у него, прислушиваясь к разговору своих подопечных.
– Эй, Глеб, – тихо окликнул его Иван, – а ведь если так подумать, это впервые, когда мы вдвоем остались.
– И? – отвлекся от своих размышлений Силов.
– Да ничего, просто в кои-то веки могу тебя спросить, как ты к этому всему относишься. Ты им веришь? Ей?
– Верю чему именно? Что нас пытались убить? Это точно было, и она нас спасла и еще несколько хороших людей в придачу.
– Да я не про это. Я про все эти истории, про Источник, души… С одной стороны, мне хочется поверить в то, что я особенный, а с другой – это какая-то нереальная фантастика, хотя и перекликающаяся с моими снами.
– Послезавтра в это время уже будет ясно – сказка или нет. – Глеб устало потер шею. – Ничего больше не вспомнил пока? Видения какие-нибудь?
– Честно? – Иван свесился со второй полки. Силов кивнул. – В голове какой-то сумбур. Нет никакой четкости. Я будто слышу сразу три голоса, и они одновременно говорят так, что никого из них не понять. И еще я понимаю, что слышал их в прошлой жизни, но сейчас не имею с ними связи. Ну, с двумя точно. Еще слышу свой голос, но не так, как две недели назад, а совсем тихо, будто и не мой вовсе. – Парень слез вниз и сел напротив товарища. – А среди всего этого какие-то картинки Источника, пробивающего себе путь по дну пещер, и его зеленоватые воды словно шепчут мне…
– Что шепчут? Или их тоже не разобрать? – Глеб расшнуровал ботинки, с ногами забрался на полку и устроился поудобнее, подложив подушку под голову.
– Его-то я как раз отчетливо слышу, он просто зовет. – Иван посмотрел в окно и замолчал.
– А голоса? Может, какой-то звучит ярче?
– Разве что один, явно громче, но пока не могу разобрать. Два других слишком настойчивы.
– Думаю, с этим тебе лучше обратиться к Кайе, ну или ждать, пока прояснится само.
– Мне отчего-то кажется, что она не очень хочет, чтобы я всё вспомнил.
