– И будешь лежать на столе в кабинете, хотя нет. Вдруг маг какой заявится, верну тебя в подвал, и будем тебя с Розой навещать раз в неделю.
– Нет! А как же учиться…
– Выпишу пару страничек – выучу, – пожала плечами, не понимая, в чём сложность.
– А как же… я придумаю что-нибудь.
– Ну придумай, – согласилась я, осматриваясь, за время нехитрого разговора мы добрались до ведьминого сада, в нём чахлой морковки не росло, – на чём бы поэкспериментировать?
– Может, не надо? – с сомнением в голосе проронил гримуар, – необходимо всё выучить, а уж потом.
– Неее… долго, времени нет. Будем сразу на практике, – возразила, продолжая выбирать подходящий куст.
Я, конечно, понимала, что рискую и влезаю в то, где совершенно ничего не соображаю. Но меня словно что-то толкало и подзуживало – попробуй. А вообще, я всегда была очень ответственным и предусмотрительным человеком, а здесь я ведьма.
– А яд ты не взяла, – не забыла упомянуть книга, – и три дня нужно кормить.
– Я и не собиралась это делать, – с усмешкой бросила я, – мне надо вырастить овощи для ведьмочек, а то скоро ветром унесёт, такие худющие.
– Я же сказала, нет таких заклинаний, – буркнула всезнайка.
– Будут… вот как ты думаешь, подходящий кустик?
– Может, тогда хоть подальше уйдёшь? Не ровен час, вырастишь дрянь какую.
– Хм… здравое предложение, в лес?
– Давай, – тяжело вздохнул гримуар.
– Нет, там растений много, как вырастут все – и не выбраться, так и помру молодой и красивой.
– Кхм… – хмыкнула книга, но комментировать всё же не стала и правильно сделала.
– На берег идём, там травка маленькая растёт, вот её и вырастим.
– Идём, – снова тяжело вздохнул гримуар, – всё равно же сделаешь по-своему… ведьма.
– Оставлю здесь, – предупредила, подхватив корзинку в руки.
Пока шли к берегу моря, гримуар узнал от меня немало новых и интересных производных. Некоторые её возмущали, но многие восхищали.
– Надо страничку отдельную выделить и записать, – восторженно пищала всезнайка, – как ты сказала: «Греби ушами в камыши» и «Ондатра тоскливая»?
– Угу, всё хватит, обратно не потащу, – прохрипела, падая на зелёную травку, – ты много ешь.
– Это знания.
– Всё равно не потащу, или уменьшайся, или вырасти себе ноги и топай сама.
– Ведьма.
– Знаю, – лёжа на травке, я пыталась отдышаться, чуть сощурив глаза от яркого солнечного света, смотрела в небо, по которому медленно проплывали маленькие пушистые облака. Понимая, что той боли, что разъедала меня изнутри больше нет – исчезла. В теле появилась лёгкость, хотелось жить. Возможно, при перемещении вся боль, горечь и вина стёрлись, остались лишь смутные воспоминания.
– Ты долго будешь валяться?
– Нет, – ответила, поднимаясь, – ну что, приступим?
– А может, не надо?
– Надо, – уверенно произнесла я, всматриваясь в неровные строчки, – Kwa hisani ya raiamwema. Ni anasimama wazi. Nguvu shina na miiba. Huu ndio utetezi wake. Kama una rafiki mzuri. Yeye kupambana na mwisho.
– Не получилось? – спустя минут пять спросила книга, в её голосе слышалось сочувствие и капелька ехидства.
– Нет, – задумчиво протянула я, – может, надо было коснуться рукой этой травы? И представить, как сила струится? А вообще, где она? Сила эта?
– Везде, – ответила всезнайка.
– И стало сразу всё понятно. Ладно, возвращаемся, – горестно вздохнула, представив, сколько ещё тащить на себе тяжёлый гримуар.
– Наверное, ты неправильно прочитала? Я плохо расслышала последнюю строчку, там что было про защиту?
– Слово в слово повторила, – возразила я, – Yeye kupambana na mwisho.
– Ну точно, а надо было: Yeye kupambana FAT mwisho.
– Ещё раз попробуем? – предложила книге, но тут же замолкла, ошарашенно наблюдая за происходящим.
Со стороны моря к острову быстро приближалась чёрная точка, но стоило ей пересечь не видимую глазу черту, как трава молниеносным движением вырастила свои травинки, ловко спеленав нарушителя границы и шмякнула его о землю.
– Эээ, – промычала книга, тоже находясь в шоке от происходящего.
– Каррр, – воскликнул нарушитель, всё ещё лежащий в объятиях воинственной травы.
– Ррроза, – промямлила я, осторожно пробираясь к вороне, трава, только что вставшая стеной высотой около двадцати метров, теперь снова лежала красивым и уютным ковром.
– Безобррразие! Стоило вас оставить одних, – возмущалась птица, клювом пытаясь освободиться, но после каждого её движения трава всё сильнее сжимала свои объятия.
– Гримуарчик? – прохныкала я, не зная, как подступиться к кокону.
– Скажи, чтобы отпустила.
– Да? Так просто?
– Твоё же создание, – хмыкнула книга, – не мешай, я записываю новое заклинание, это ж надо… траву оживила.
– Отпусти, – добавив строгости в голосе, произнесла я, прекратив слушать восторженную всезнайку.
Трава шевельнулась, но не выпустила ворону. Фамильяр, недовольно каркнув, клюнула ближайшую травинку.
– Отпусти, Роза своя! Её ловить не надо, – проговорила и, заметив, что ничего не происходит, продолжила, – ты большая молодец! Очень храбрая и сильная!
