После моих слов все травинки выстроились в ровный строй, а ворону распеленали, та, не мешкая, рванула на своих двоих подальше от грозной защитницы, на ходу ругаясь. Услышав новые слова, гримуар зашелестел страничками:
– Повтори, что сказала!
Наблюдая за этим безобразием, я, тяжко вздохнув, пробормотала, – Картоху таким заклинанием выращивать не стоит, боюсь представить себе, что из этого выйдет.
На протяжении недели я штудировала болтливый гримуар, одновременно слушая ехидные комментарии вороны.
Я сердилась, повторяя не выговариваемые слова, Роза обеспокоенно поторапливала, и только всезнайка оставалась довольной, пополняя свою «отдельную страницу» новыми словечками.
– Всё, на сегодня хватит, – устало пробормотала, откидываясь на спинку стула, – завтра пойдём экспериментировать. Запасы подходят к концу и надо что-то решать с этим быстро.
– Уверена? – уточнила книга, ставшая в два раза больше и тяжелее. Гримуар так и не придумал, как уменьшиться, и теперь горестно вздыхал, когда мы его оставляли в одиночестве.
– Нет, но надо пробовать, – пожала плечами я, – выучить разом всё, что в тебе записано, просто не достижимо.
– Ну… почему, можно, – осторожно пробормотала всезнайка, чуть уменьшившись в размерах, самую капельку.
– Что! – рыкнула я, уставившись на эту наглую особу, – и ты молчала, Роза, нет, ну ты глянь на эту вредину. Отдам тебя Барси, она у нас любвеобильная.
– Не надо Барси, – взвизгнула книга, ворона ехидненько засмеялась.
Барси – наша защитница-трава, выбрала для себя именно такое имя, честно признаться, ей подходит, ластится как кот. И эта кошечка оказалась действительно очень любвеобильной дамой, теперь мимо неё кроме меня никто спокойно не может пройти. Все, попавшие в её поле зрения, ловились, опутывались и прижимались к сердцу, ну, то есть к корням.
Ворона с первого раза не поняла такой подставы и была ещё раз поймана, когда в полёте очутилась слишком близко к Барси. К вечеру только хватились нашей Розы, та ещё два дня на нас дулась. Нее, ну правда, было очень смешно: такая зелёная гусеница с головой вороны, орущая на весь остров, и Барси, укачивающая расшумевшееся дитятко, пыталась засунуть в клюв вороны яркий цветочек.
В итоге, на общем собрании я, ворона и книга постановили, что необходимо сообщить о новом питомце девочкам-ведьмам, мало ли кто из них забредёт в объятия зелёной красавицы.
Самия, конечно же, не поверила и, прихватив с собой Агги и Джейн, отправилась доказывать мне, что я наглая врунишка. Зря она меня так назвала, да ещё и приблизилась к Барси. С трудом уговорила травку не душить в своих объятиях мою обидчицу. Напуганные девчонки с визгом отскочили, Самию успокоили. До сих пор не помню, что плела, но, кажется, поверили в неудачное исследование с эликсиром и найденным среди бутылочек на полке мерцающем порошке. Говорить, что у меня есть Сила, ворона не рекомендовала.
И вот теперь, когда я мучаюсь, зубрю этот неподъёмный талмуд, с трудом выговаривая зубодробительные заклинания, чтобы быстрее освоить Силу и освободить ведьмочек от кандалов, мне сообщают, что можно ускорить процесс обучения.
– Так и знала, что ругаться будешь, – промямлила книга, обиженно захлопываясь.
– Конечно, буду! Да тебя лет сто надо читать, а выучить – так все триста! – злилась на бесполезно потраченные дни, а можно было одним махом все знания загрузить в мою голову, – вот скажи, зачем в тебя записали, как варить суп, а? Другой книги не нашлось? Ведь обычный гороховый суп!
– Ведьма книжки перепутала, а что уже внесено – не убрать.
– И много таких перепутанных? – уточнила, сощурив глаза, чувствуя, что закипаю.
– Достаточно, вы, ведьмы, несобранный народ, – буркнул гримуар и ехидно добавил, – а ещё неблагодарный.
– Рассказывай, как запихнуть всё, что в тебе есть, одним махом.
– Больно будет, поэтому и не предлагала.
– Потерплю.
– Очень больно, на такое решились только две ведьмы, и знаний было в два раза меньше, а приходили в себя три дня, – предупредил гримуарчик.
– Хм… но выбора у меня нет, – пробормотала, тут же вспомнив жуткие ощущения на капище.
– Может, не надо, – прокаркала Роза, с сочувствием взглянув на меня, – будем по очереди выбирать нужные заклинания.
– Слушай, сама не хочу.
– Переверни меня, – тяжко вздохнул гримуар, но не удержался и зловеще продолжил, – открой последнюю страницу, там источник всех знаний.
– Что ж ты такая толстая стала, – пыхтя, я с трудом перевернула книжку, – так-с… и что тут у нас… ага.
– Даже не знаю, тебе бы сразу лечь надо, – задумчиво протянула ворона, тоже вглядываясь в книгу.
После её слов мне стало ещё страшнее, но, как я ранее сказала, выбора у меня нет. Изучать этот талмуд, пробираясь сквозь дебри ненужного, я буду слишком долго. А малышке Агги стало плохо, уже два дня не поднимается с кровати. Роза, которая может быстро передвигаться по острову и пока ведает больше меня, сообщила, что та сила, что с рождения дарована всем ведьмочкам, из-за кандалов разрушается. Так уже было два года назад, ведьмочку спасти не удалось…
