Остров заложников полностью

Научно-исследовательское судно «Протей» неспешно рассекало мирную гладь Баренцева моря. Погода выдалась на редкость удачная, и потому на палубе собрался практически весь экспедиционный состав. До конечной точки путешествия, острова Виктория, оставалось всего два часа хода.

Настроение у всех было приподнятое. Еще бы! Наконец-то сбывались мечты ученых о создании уникальной платформы для изучения процесса таяния ледников.

Вопрос присоединения этого пятисотметрового клочка земли, почти на сто процентов покрытого ледником, к территории национального парка «Русская Арктика» решался не один год. В конце концов ученым удалось доказать твердолобым бюрократам, что изучение этого острова внесет неоценимый вклад в науку.

Остров и правда был уникален. В давние времена центр ледового щита находился не где-нибудь, а именно здесь, на Виктории, расположенной между Шпицбергеном и Землей Франца-Иосифа, как раз посередине северной границы Баренцева моря.

Видавший виды «Протей» был передан в собственность национального парка всего несколько недель назад. Его экипаж был полностью обновлен. Научные сотрудники еще не успели наладить тесный контакт с экипажем, члены которого ранее работали в основном на рыболовецких судах, что несколько затрудняло общение. Ни капитан, ни его команда не разделяли восторженности ученых. Для них это был всего лишь один из нудных рейсов по бескрайним просторам Севера, для ученых же — знаковое событие.

Международная конференция, стартовавшая три дня назад, должна была завершиться на острове. Ученые были горды своей миссией как никогда.

К тому же капитану велено было взять на борт побольше людей, изъявивших желание подготовить презентацию нового объекта для именитых гостей, поэтому он вынужден был сократить состав экипажа с десяти до шести человек, включая его самого. Эта вынужденная мера тоже не способствовала созданию дружеских отношений между учеными и экипажем.

Тихоходный «Протей» уже больше суток назад вышел с острова Новая Земля, где базировался главный штаб национального парка. Все это время участники экспедиции восторгались красотами края так, будто их взорам открывалось нечто большее, чем однообразные морские волны с вкраплениями паковых льдин.

Несколько часов назад капитан, согласно предписанию, завел судно для дозаправки на остров Земля Александры, где располагалась база пограничной службы. Так потом он целый час не мог собрать ученых и продолжить путь. Они как одержимые бегали по северной оконечности острова, производили непонятные капитану манипуляции с переносными приборами, которыми было напичкано судно.

После этого инцидента капитан уединился в рубке, а его команда разошлась по рабочим местам. Экспедиционная группа выстроилась на носу судна. Ученые мужи всматривались в безбрежную даль, ожидали появления ледяного плато острова Виктория.

Время от времени взгляд капитана невольно останавливался на них. Он не желал оставлять без присмотра этих одержимых, как с первой же минуты знакомства окрестил всех ученых. Ему казалось, что они совсем не замечали недовольства команды. Члены экспедиции бурно обсуждали планы предстоящей миссии, делились впечатлениями и наблюдениями и не сводили глаз с горизонта, поэтому они первыми и заметили то, что должен был бы увидеть капитан.

Один из ученых, профессор Наговицкий, главный специалист-гляциолог, за минуту до этого как раз произносил пламенную речь. Он говорил о необходимости как можно быстрее начать работы по изучению ледового покрова острова Виктория.

— Всем вам отлично известно, что новейшие исследования антарктического ледника Тоттен в очередной раз доказали серьезность ситуации. Нижняя часть ледника пострадала от теплых вод настолько, что это грозит повысить уровень Мирового океана не на какие-то жалкие сантиметры, а на два метра, а то и более. Это вызовет глобальную катастрофу. Конечно же, вы это понимаете! Если мы не сможем предотвратить такую беду, то должны будем хотя бы спрогнозировать ее с такой точностью, которая укажет крайние сроки для принятия мер безопасности. Такова наша неотложная задача, — все больше распаляясь, вещал Наговицкий. — Остров Виктория уникален в этом отношении. Данный факт будет признан всеми мало-мальски толковыми гляциологами и криологами мира, как только результаты наших исследований удастся опубликовать.

Внезапно, не отрывая бинокля от глаз, он резко развернулся на шестьдесят градусов, прервал свою речь и шумно выдохнул.

— Это что еще за ерунда, — помедлив секунду, произнес ученый.

Эта его фраза привлекла внимание всех людей, собравшихся на носу «Протея». Они как по команде развернулись следом за Наговицким и припали к приборам дальнего видения.

— По-моему, это какое-то судно, — неуверенно проговорил профессор микробиологии Звягин, вглядываясь в бесконечную даль.

— Это однозначно, — заявил Наговицкий. — Но почему над ним дым? У них пожар?