Это было в кирпичных, разваленных катакомбах. Он медленно летал по узким, тёмным коридорам, пытаясь найти то ли выход, то ли свет в этих руинах. Чем закончился сон, Сашка не помнил, но больше он никогда не летал, видимо сбросил бесполезные крылья, на месте жизненных руин. А то что произошло сейчас, было более чем сон. Сейчас, очнувшись, он не мог понять где находится реальность, здесь или там, но то, что всем существом он хотел проснуться там, это факт.
«Эхе хех, что ж я так неудачно прилетел то?» Поняв, что уже не уснёт, Сашка поднялся и направился к домне, плотно обвешанной лоскутами уже немного скрученного мяса. Лоскуты висели везде, куда было способно дотянутся тепло очага. Саня подкинул камешков в тлеющие угли и принялся менять местами расположение сырых и подсушенных кусков. После возвращения с охоты, он весь день и половину ночи, занимался заготовкой нехитрого пропитания. Срезал мясо с костей старика, нарезал одинаковых по толщине мясных лоскутов и развешал продукт вокруг костра, на растянутых верёвках. Кости закинул в море, подготавливая новое место под крабъю ферму.
«Это ж сколько вы продрыхли сэр?» Сашка пожевал самый сухой на вид кусок, определив что тот, почти готов к использованию.
«Но сушить надо сильнее, иначе весь запас сухарей, благодаря нашему замечательному климату, покроется плесенью и досвидос. Соль нужна, соль нужна как крылья, без соли никуды.» Пропел посветлевший Санёк и схватив плётку с копьём, полез наружу. На дворе толи утро, толи вечер, но точно не ночь. Поглазев по сторонам, Сашка сделал несколько медленных вдохов и принялся поочерёдно молотить вооружением, по стоявшему в его рост валуну. Фехтовальщик отрабатывал рубящие и колющие удары со всех позиций, так же молниеносно вырывая шпагу из подвеса на поясе и нанося сокрушительный рубящий удар в продолжении. А копейщик, упражнялся в отступательно-колещих, плюс нанесение точных ударов, в огромном прыжке. Иногда, оба этих бойца сливались в едино и исполняли что-то несуразное, но очень опасное, как для врагов, так и для себя, рискуя повредить конечности. Конечно для достижения определённых навыков и формирования правильных движений, в таких тренировках требуется оппонент, и не один, но Сашка за неимением оных, тренировался на камне, потихоньку с каждым точным ударом, высекая из этой глыбы человеческую фигуру. Такие тренировки, так же неплохо влияли на продолжение дня. Совсем как дома: Если встал пораньше и подрыгал пол часа ногами, значит и день пройдёт результативно. А если проснулся с кислой рожей, да ещё телефончик под руку подполз, то и весь день пройдёт в унылой пустоте. После танцев и еды, Саня занялся добычей соли. Выдолбил и закалил вместительный таз, с толстым дном, набрал в него морской воды, и сидя под звёздами, гонял, и менял угольки на дне, выпаривая воду.
Оказалось, что проснулся он вечером и судя по углям в домне, проспал сутки.
«Опять же неясно. Кидал я камни перед сном или забыл. И что теперь в календаре отмечать?» Бубнил, старатель над солевой жилой. Календарь к этому времени, благодаря забывчивости хозяина, имел массу прорехов и точное число, Сашка давно потерял. Оставалось изобразить задумчивое лицо, посмотреть на неменяющееся расположение, как всегда одинакового количества звёзд и отметить паяльником несколько зарубок.
«Получается, что мы здесь уже больше месяца кукуем. Но это не точно, два три дня могу упустить, либо пририсовать. Да и чёрт с ним, ноябрь как ноябрь, последний месяц для заготовки пропитания, перед впадением в летаргический сон.» Сашка задумался, смотря на кипящую воду.
«А ведь это реально. Зимой когда делать нечего, никуда не надо и на улице пурга, постоянно хочется спать. Спишь, спишь, поел и опять спать. Так можно раз в день поесть и спать всё остальное время, и если получится сформировать привычку… Скорей не привычку, а нейросвязь в голове, то вполне возможно всю зиму продрыхнуть в тёплой берлоге. Да, это ж сколько самогону придётся заготовить? Литров сто хватит наверно.» Рассмеялся Сашка от своих домыслов.
«А если серьёзно, то почему нет. Если тренировать мозг с детства, может что и получится. Взять тот же аппендикс. Этот отросток на кишках, висит и собирает всякую дрянь в себя, и почему то, только у некоторых людей. Учёные до сих пор не знают, для чего же он там висит? А тут всё легко и просто: Если в мозгу работает определённая нейросвязь, то он запустит скрытые механизмы в организме. Те в свою очередь заставят работать железы на выработку специфических секретов, необходимых для переваривания всего, что бы ты не съел, хоть костей, хоть металла, но в определённых, небольших количествах. Бред конечно, но бред довольно интересный, ведь желудок это органический; термоядерный реактор. Да мозг это серьёзная штука, а человеческий скафандр ещё круче.» Задумался Санёк.
