— Так, подытожим, — жестом останавливаю изливающих бурные эмоции товарищей. — Кто-то, приняв облик Вадима Денисовича, забрал папоротник из хранилища и скрылся, не оставив следов. Так?
— Если б оставил — мы его бы уже допрашивали с пристрастием, — кровожадно сверкает глазами Катерина. — Поверить не могу, что я на такое купилась!
— Всех обмануть сумел, паршивец! — доносится сверху негодующий голос Вадима Денисовича.
Хозяин спускается к нам по лестнице со второго этажа и, кивая на бушующих портальщика и механика, продолжает:
— Насилу разнял их: самому едва не досталось. Пока разобрались что к чему, пока хранилище проверили — уже полчаса как злодей скрылся. Его Груша, оказалось, на входе видела, да тоже за меня приняла.
Лицо Вадима Денисовича ещё больше мрачнеет.
— Ещё и шляпу любимую унёс, тьфу! — с непередаваемой обидой добавляет он.
— Так, — вмешиваюсь, пока огорчённый Сорокин ещё больше не разбушевался. — Потеря папоротника и шляпы, конечно, большой удар. Но стоит ли так из-за этого переживать? Если есть указание на место, то мы и с помощью якула всё обнаружим.
— Боюсь, всё не так просто, — вздыхает Вадим Денисович. — Как думаете, зачем так дерзко выкрадывать инструмент для поиска, выдавая свои намерения? У меня ответ только один — они собираются опередить конкурента.
— Наверняка знают, где Ала́тырь и что он из себя представляет! — хлопает себя по лбу Глеб. — Как я сразу не подумал, ещё после той ночи…
— Давай подробностями личной жизни потом поделимся, — прерывает его хмурая Катерина. — С этого момента все наши усилия должны быть направлены на максимально быструю подготовку и отправку экспедиции.
Подхватывает лежащую на кофейном столике маску и прощально ею взмахивает:
— Так что извините, удаляюсь дорабатывать техническую часть. Рюрикович наш вон вообще из мастерской не показывается, даже обедает там. В общем, ночь будет о-очень длинной…
— А как же запрет делиться подробностями личной жизни? — язвит ей в спину Скороходов. Но механик удаляется, не удостоив его ответом.
— Не переживай, — хлопаю слишком уж рассерженного друга по плечу. — Всё будет хорошо.
— А-а… — машет он рукой. — Лишь бы работало как надо. А уж чем они там будут заниматься — не моя забота.
— Кирилл Викторович, для вас тоже есть ответственное поручение, — переключает моё внимание на себя Сорокин. — Прошу вас с Глебом Карповичем подняться в мой кабинет.
Ты смотри, как профессор посерьёзнел!
Даже по имени-отчеству снова обращается. Похоже, проблема на горизонте вырисовывается и впрямь нешуточная.
Дружно поднимаемся на второй этаж в рабочий кабинет. Вадим Денисович усаживается в своё кресло и сцепляет пальцы перед собой.
— У меня есть стойкое подозрение насчёт того, кто стоит за сегодняшним похищением, — выдаёт он после небольшой паузы. — Но доказательств на данный момент нет абсолютно никаких. Однако, если я прав…
Он обводит нас с Глебом многозначительным взглядом. И внушительно продолжает:
— …то противник наш обладает большим могуществом и не остановится ни перед чем.
— Это мы уже и сами поняли, — откидывается в кресле напарник. И ойкает, навалившись всем своим весом на забытый за спиной арбалет. Укладывает непослушную «Владу-Весту» на колени и продолжает. — Вряд ли стеснённый в средствах недоброжелатель снарядил бы целый отряд экспериментальными магическими устройствами.
— И уж точно не сумел бы раскошелиться на профессионала, забравшего папоротник, — согласно киваю, развивая мысль Глеба. — Даже не представляю сколько могут стоить услуги человека, способного свободно изменять свою внешность.
— Уж поверьте мне — дорого. — Сорокин тяжело вздыхает, вспоминая о пропаже. — Эти бы средства да в мирных целях… Но деньги чужие считать — дело неблагодарное. А вот своим финансам учёт нужен строгий.
Профессор открывает ящик стола и достаёт оттуда небольшую коробку с фабричным оттиском.
— Смотрите, — указывает он на упаковку. — Этот ящичек оценивается, примерно, в одну двадцатую от суммы вашего, Кирилл Викторович, долга перед банком. Казалось бы, очень приличные деньги. Но ваш отец, не раздумывая ни минуты, влез в кабальные обязательства, чтобы их заполучить. Хотите узнать причину?
— А у вас есть такая информация? — упираюсь удивлённым взглядом в уверенное лицо Сорокина.
— Не то, чтобы это было секретом, — профессор скрещивает руки на животе. — Просто люди, в массе своей, предпочитают давать простые объяснения сложным вещам. Поэтому среди охотников ходят упорные слухи о том, что Виктор спустил огромные деньги, играя в карты.
— А на самом деле? — не желаю гадать словно астролог по звёздному небу. Врать себе, оправдываясь вмешательством непреодолимых сил, — увольте, не по моей части.
— Он закупал макры в огромных количествах, надеясь вернуть в явный мир потерявшего с ним связь Покровителя, — Сорокин сочувственно вздыхает, качая головой. — Только, к сожалению, в его близкий круг затесались люди, охочие до быстрого и лёгкого заработка. Как вы понимаете, после смерти Виктора никаких следов этих запасов обнаружено не было.
